Весь Мегрэ. Том 3

На душе у комиссара стало легче. И было от чего!

А все же у Мегрэ сосало под ложечкой, и его не оставлял какой-то смутный страх.

У начальника разговор шел, главным образом, о сыне одного министра, попавшем в четыре часа утра в автомобильную катастрофу. Дело заключалось не только в том, что парень был пьян, а еще и в том, что если бы назвали фамилию сопровождавшей его девицы (которую пришлось отправить в больницу), это вызвало бы скандал. Водитель, на машину которого молодчик наехал, погиб на месте.

— Какие соображения по этому поводу у вас, Мегрэ?

— У меня? Да никаких, господин начальник.

Как только дело касалось политики или кого-либо с ней связанного, комиссара как ни бывало. Он умел напускать на себя отсутствующий, почти глуповатый вил.

— Надо же все-таки найти какой-то выход из положения… Пока еще газеты не знают, но через час-другой все станет известно.

Было десять часов. Зазвонил настольный телефон. Недовольный начальник снял трубку:

— Да, здесь…

И кивнул Мегрэ.

— Вас.

У комиссара сжалось сердце. Еще не донеся трубку до уха, он уже понял, что на авеню Мариньи что-то произошло.

И в самом деле, он услышал голос Жанвье. Тот говорил приглушенным, каким-то сдавленным голосом:

— Это вы, патрон?

— Я… Ну, кого? — Жанвье сразу же понял смысл вопроса:

— Секретаршу.

— Умерла?

— Да. Что поделаешь.

— Застрелили?

— Нет, втихую… Никто даже не заметил… Врача еще нет… Я звоню, а сам даже не знаю никаких подробностей, я был внизу. Тут рядом мосье Парандон, он совершенно подавлен… С минуты на минуту ждем доктора Мартена.

— Закололи?

— Перерезали горло.

— Еду.

Начальника и сотрудников удивили волнение и бледность Мегрэ.

Ведь на набережной Орфевр, в частности в уголовном отделе, убийство самое привычное дело.

— Кого там?

— Секретаршу Парандона.

— Невропатолога?

— Нет, брата его — юриста… Мне писали анонимные письма…"

"Не вдаваясь в подробности, комиссар выбежал из кабинета и бросился в комнату инспекторов.

— Где Люка?

— Здесь, патрон.

Мегрэ обвел глазами помещение:

— Торранс… Так… Оба — со мной.

Люка, знавший о письмах, спросил:

— Значит убили-таки?

— Да.

— Парандона?

— Секретаршу… Вызывай туда Моэрса с его группой… Я звоню в прокуратуру.

Всегда одна и та же волынка. Теперь, вместо того чтобы работать, придется битый час объясняться с помощником прокурора и следователем.

— Двинулись, ребята.

Он был так угнетен, будто это произошло с кем-то из родных. Он никак не предполагал, что из всего окружения мосье Парандона жертвой окажется мадемуазель Ваг. Девушка понравилась комиссару. Ему понравилось, как смело и просто она говорила о своей связи с патроном.