Весь Мегрэ. Том 3

— Пока вы были у нее, шофер дожидался на улице?

Он пожал плечами, словно его поражала наивность Мегрэ.

— Я всегда добирался к ней на такси.

— Известно ли вам, что она приобрела дом на Монмартре?

— Впервые слышу.

Все эти вопросы не представляли для него интереса, и потому он оставался безразличен.

— Кроме того, в ее квартире было обнаружено сорок восемь тысяч франков.

— Какая-то часть этих денег, по-видимому, исходила от меня, но будьте спокойны, я не потребую их назад.

— Вы были огорчены ее смертью?

— По правде сказать, нет. Столько людей умирает каждый день…

Мегрэ встал.

С него было довольно. Если бы допрос продлился, ему трудно было бы скрыть охватившее его отвращение.

— Не должен ли я подписать свидетельское показание?

— Нет.

— Ожидать ли мне вызова судебного следователя?

— Сейчас я не могу вам ответить.

— Если дело будет передано в суд присяжных…

— Оно будет туда передано.

— При условии, что вы найдете убийцу.

— Мы найдем его.

— Предупреждаю: я ни за что не стану выступать в роли свидетеля. У меня есть друзья наверху…

— Не сомневаюсь.

С этими словами комиссар направился к двери и широко распахнул ее; перед тем как переступить порог, Ламотт обернулся, поколебался, стоит ли прощаться, и в конце концов вышел, не промолвив ни слова.

Вот и третий. Остается Рыжий. Мегрэ был не в духе, и, чтобы успокоиться, ему потребовалось некоторое время. Дождь давно кончился. Муха, может быть вчерашняя, влетела в кабинет в тот момент, когда он вновь уселся за стол и стал машинально чертить что-то на листе бумаги.

Черточки превратились в слово: «ПРЕДУМЫШЛЕННОСТЬ».

Если, конечно, убийцей является не Флорантен, предумышленность маловероятна: преступник пришел без оружия.

Это был не чужой жертве человек, поскольку ему было известно о существовании заряженного револьвера в ящике ночного столика.

А не строил ли он свой расчет как раз на этом револьвере?

Если по-прежнему допустить, что Флорантен находился в стенном шкафу, почему убийца около четверти часа оставался в спальне, где мог передвигаться, только переступая через труп? Искал ли он деньги? Почему он не нашел их, ведь достаточно было взломать нехитрый замок?

А может быть, письма? Или какой-нибудь документ?

Ни высокий чин Франсуа Паре, ни кубышка Фернан Курсель, ни надменный Виктор Ламотт не нуждались в деньгах.

Но все трое, несомненно, весьма бурно отреагировали бы на шантаж."

"И вновь все замыкалось на Флорантене, том самом, которого бы следователь, будь он в курсе дела, непременно заставил арестовать.

Мегрэ возлагал надежды на разговор с Рыжим — Жаном Люком Бодаром, но инспектор, отправленный на его поиски, вернулся ни с чем. Страховой агент был в отъезде и должен был вернуться только вечером.