Весь Мегрэ. Том 3

Он снимал комнату в небольшом отеле «Босежур» на бульваре Батиньоль, питался там же, в ресторане.

Мегрэ не находил себе места, словно в ходе расследования что-то не ладилось. Он был недоволен собой, чувствовал себя не в своей тарелке. Ему недостало духу приняться за накопившиеся на его рабочем столе досье.

Приоткрыв дверь в кабинет инспекторов, он позвал:

— Лапуэнт, зайди ко мне. Пойдем покатаемся.

И только когда они уже выехали на набережную, пробурчал:

— На Нотр-Дам-де-Лоретт.

Ему казалось, что он упустил что-то важное, прошел мимо истины. За все время пути он не проронил ни звука и так грыз свою трубку, что ее эбонитовый мундштук раскололся.

— Попробуй припарковаться и приходи.

— В квартиру?

— К привратнице.

Мегрэ просто не давал покоя безобразный облик привратницы и ее неподвижный взгляд. Он застал ее на том же самом месте, что и накануне: стоя за дверью, она раздвигала тюлевую занавеску на окошке и отпрянула только тогда, когда он толкнул дверь.

Ни о чем не спрашивая, она лишь с осуждением взглянула на него.

У нее была очень белая, нездорового оттенка кожа.

А не из тех ли она «придурковатых», как говорят в деревнях, тех безобидных идиоток, что когда-то встречались там?

Ему надоело смотреть, как она, словно башня, торчит посреди комнаты.

— Сядьте, — раздраженно приказал он.

Она с невозмутимым видом отрицательно покачала головой.

— Я еще раз задам вам вчерашние вопросы. Но предупреждаю: на сей раз вас могут привлечь к ответу за дачу ложных показаний, если вы будете умалчивать о том, что вам известно.

Эти слова не произвели на нее ни малейшего впечатления, а в ее глазах даже как будто промелькнула искорка. Было ясно: она его не боится.

Да и не только его.

— Кто-нибудь поднимался вчера на четвертый этаж между тремя и четырьмя?

— Нет.

— А на другие этажи?

— К дантисту приходила пожилая дама.

— Знакомы ли вы с Франсуа Паре?

— Нет.

— Высокий, плотный мужчина лет пятидесяти, с редкими волосами и черными усиками.

— Может, и знакома…

— Обычно он приходил по средам к половине шестого. Приходил ли он вчера?

— Да.

— В котором часу?

— Точно не скажу. Раньше шести.

— Долго ли он оставался наверху?

— Нет, тут же спустился.

— Он ни о чем вас не спрашивал?

— Нет.

Она отвечала как автомат, лицо ее при этом оставалось неподвижным, глаза неотступно следили за Мегрэ, будто она ждала с его стороны подвоха.

Способна ли она покрывать кого-либо? Отдает ли себе отчет в важности своих показаний?

На карту была поставлена судьба Флорантена: ведь если никто не входил в дом, версия друга детства Мегрэ была ложью, а значит, не было ни звонка в дверь, ни посетителя, ни сидения в стенном шкафу, просто Флорантен сам преспокойно прикончил свою подружку.

В окошко постучали, Мегрэ впустил Лапуэнта.