Весь Мегрэ. Том 3

— Здесь где-то должна быть тетрадь, в которой он вел каталог, — сказала Мину. — Погодите.

Она принялась выдвигать ящики стола, в большинстве своем набитые всякой всячиной. Некоторые бумаги и вещи лежали здесь, видимо, с первых лет лицея.

— Вот. Надеюсь, здесь записано все: он вел каталог очень тщательно.

Простая школьная тетрадь в клеточку. На обложке цветными карандашами Антуан прихотливо вывел: «Мои опыты».

Первая запись гласила: «Кассета 1. Семья за воскресным столом».

— Почему воскресным? — поинтересовался Мегрэ.

— Потому что в другие дни отец редко завтракает с нами.

А по вечерам они с матерью часто обедают в городе или принимают гостей.

Значит, первую запись он все-таки посвятил семье.

«Кассета 2. Южная автострада в субботу вечером».

«Кассета 3. Лес Фонтенбло, ночью».

«Кассета 4. Метро в 8 вечера».

«Кассета 5. Полдень на площади Оперы».

Дальше шли антракт в театре Жимназ, кафе самообслуживания на улице Понтье, аптечный магазин на Елисейских полях.

«Кассета 10. Кафе в Пюто».

Любопытство юноши росло, и незаметно для себя он изменил социальную сферу своих исследований: проходная завода, танцульки на улице Лапп, бар на улице Гравилье, окрестности канала Сен-Мартен, бал цветов в Лавиллет, кафе в Сен-Дени.

Его интересовал уже не центр Парижа, а окраины, почти трущобы.

— Это в самом деле было опасно?

— Более или менее. Ходить туда, скажем так, не рекомендуется; он был прав, что не брал вас с собой. Люди, которые бывают в этих местах, не любят, когда в их дела суют нос чужаки, тем более с магнитофоном.

— Думаете, из-за этого..?

— Не знаю… Не уверен… Чтобы ответить определенно, нужно прослушать все кассеты.

Судя по тому, что я вижу, это займет часы, если не дни.

— Так вы не будете их слушать?

— Если бы можно было забрать их на время, я поручил бы одному из своих инспекторов…

— Я не могу взять на себя такую ответственность. Понимаете, после смерти брат стал чем-то вроде святыни, и все его вещи приобрели новую ценность. Раньше с ним обращались, как со взрослым мальчишкой; это его страшно злило. Но он и в самом деле в некоторых отношениях оставался ребенком.

Взгляд Мегрэ скользил по стенам, по фотографиям обнаженных красоток из американских журналов.

— И в этом смысле, — прервала она, — брат тоже был совсем мальчишкой. Убеждена, что он ни разу не спал с девушкой. Ухаживал за некоторыми из моих подруг, но дело ни до чего не доходило.

— У него была машина?

— На двадцатилетие родители подарили ему небольшой английский автомобиль. В течение двух месяцев он проводил все свободное время за городом и оборудовал машину всеми мыслимыми приспособлениями. После этого потерял к ней всякий интерес и ездил лишь по необходимости.