Весь Мегрэ. Том 3

Если у Жинетты Меран из-под густого слоя пудры и румян проступала бледность, свойственная женщинам, живущим тепличной жизнью, то лицо свидетеля Николя Кажу было не только мертвенно-бледным, но в то же время удивительно рыхлым и нездоровым.

Быть может, исхудал он так после операции? Во всяком случае, одежда висела на нем, как на вешалке, а тело утратило всякую упругость и легкость.

Проще было представить его в домашних туфлях, сидящим за матовыми стеклами конторки в отеле, чем шагающим по городским тротуарам.

Под глазами у него были мешки, а кожа под подбородком обвисла.

— Ваше имя — Николя Кажу, вам шестьдесят два года, вы родились в Марильяке и являетесь содержателем отеля в Париже на улице Виктор-Массэ?

— Да, господин председатель.

— Вы не являетесь ни родственником, ни знакомым подсудимого, не состоите у него на службе… Клянитесь говорить правду, только правду, ничего, кроме правды… Поднимите правую руку! Повторите за мной: «Я клянусь…».

— Я клянусь…"

"Один из помощников наклонился к председателю и тихо сказал ему что-то, должно быть, очень важное, потому что Бернери, казалось, был поражен и, несколько мгновений подумав, пожал плечами.

Дело в том, что свидетели, отбывавшие наказания за неблаговидные поступки или занимающиеся безнравственной деятельностью, не имеют права давать присягу. А разве содержатель меблированных комнат не занимался безнравственным ремеслом, превратив свое заведение в дом свиданий, что было запрещено законом? Разве была уверенность в том, что у него не было судимости, что на него не заведена карточка в картотеке уголовной полиции?

Но проверять уже было поздно, и председатель, откашлявшись, спросил равнодушным голосом:

— Регулярно ли ведется в вашем отеле регистрация клиентов, снимающих комнаты?

— Да, господин председатель.

— Всех клиентов?

— Всех, кто проводит ночь в нашем отеле.

— Да, но вы не записываете имена тех, кто снимает комнату в дневные часы?

— Нет, господин председатель… Но полиция может подтвердить, что…

Видимо, то, что он соблюдает все правила, что в его заведении никогда не было скандалов и что при случае он снабжает полицейскую бригаду, занимающуюся меблированными комнатами, и инспекторов полиции нравов тайными сведениями.

— Вы внимательно рассмотрели свидетельницу, выступавшую до вас?

— Да, господин председатель…

— Вы ее узнали?

— Да, господин председатель…

— Расскажите же господам присяжным, при каких обстоятельствах вы видели раньше эту женщину.

— Да при самых обычных.

Суровый взгляд Бернери прервал раздавшийся в зале смех.

— Что вы этим хотите сказать?

— Она часто приходила к нам в отель в дневные часы с мужчиной, который снимал номер.