Весь Мегрэ. Том 3

Он работал всю жизнь, чтобы скопить деньги… Еще один миллион одолжил мне муж моей сестры… Его зовут Мурье, Франсуа Мурье, у него колбасная лавка на бульваре Шарон…

— Когда вы получили эти деньги?

— Перед Рождеством… Мы надеялись покончить с Планшоном на следующий день…

— Покончить?

— Ну да, мы хотели дать ему деньги, чтобы он ушел из дома! Вы меня очень хорошо поняли.

— Наверное, вы дали ему расписку?

— Даже с родственниками я стараюсь заключать все дела на законном основании.

Мегрэ подвинул к нему блокнот и ручку.

— Не напишите ли мне точный адрес вашего отца и шурина?

— Доверяй-доверяй, но проверяй!

Однако он написал адреса. Почерк у него был старательный, ровный, почти как у школьника. Когда комиссар рассматривал адреса в блокноте, зазвонил телефон.

— Говорит Пируэ… Я закончил… Вы можете подняться, или, если хотите, я спущусь в ваш кабинет…

— Нет, я сам поднимусь к вам…

И обращаясь в Пру, комиссар произнес:"

"— Прошу извинить меня. Я ненадолго отлучусь…

Он прошел через соседний кабинет, оставив дверь открытой, и попросил Лапуэнта:

— Посиди у меня в кабинете и понаблюдай за ним…

Через несколько минут он уже взобрался на самый верх Дворца правосудия, пожал руку Моэрсу, чуть не задел манекен, изготовленный для следственных экспериментов, и вошел в лабораторию.

Господин Пируэ с блестящим от пота лицом изучал две увеличенные, еще влажные фотографии, заколотые прищепками.

— Ну и что?

— Мне нужно задать вам один вопрос, шеф… Тип, который подписал эти документы, много пил?

— Почему вы об этом спрашиваете?

— Это могло бы объяснить, почему подписи отличаются друг от друга… Посмотрите сначала на эту подпись в платежной ведомости… Почерк здесь не очень твердый… Я бы сказал, что он принадлежит человеку неуравновешенному, хотя в хладнокровии ему не откажешь… Вы знакомы с этим человеком?

— Да.

Я беседовал с ним почти целый вечер.

— Хотите знать, что я о нем думаю?

Увидев, что Мегрэ утвердительно кивнул головой, эксперт принялся рассуждать:

У этого человека лишь начальное образование, но он всегда отличался прилежанием.

У него почти болезненная застенчивость, но иногда проявляются всплески гордости. Он пытается выглядеть спокойным, держать себя в руках, но зачастую им обуревают страстные чувства.

— Неплохо!

— У него что-то со здоровьем… Он болен или думает, что болен…

— А его подпись на акте продажи?

— Именно поэтому я вас спросил, пьет ли он.