Вишенка (СИ)

Если он бесится и ревнует, значит, ему не все равно и у него есть какие-то чувства. Но, все равно, нельзя так реагировать. Как ему это донести? Он что, не видит, что я, кроме него, никого и ничего не замечаю?

Весь вечер я жду, что Алан позвонит или приедет, мне это просто необходимо, нужно увидеть его, объясниться.

Ближе к ночи, мои надежды тают с каждым часом. Уже одиннадцать, он не приедет. Меня съедает тоска, я безумно хочу к нему, если не увижу, не прикоснусь — сойду с ума. Беру телефон, какое-то время кручу его в руках, потом собираюсь с духом и набираю его номер. Алан отвечает с четвертого гудка:

— Алло.

Я слышу стук шаров, шум мужских голосов. Он в бильярде.

— Алан… мне нужно тебя увидеть, — сначала в трубке только молчание и звуки бильярдного зала.

— Пятнадцать минут — он отключается.

Я выпрыгиваю из халата, надеваю трикотажное платье-футболку. Не хочу, чтобы он думал, что хочу его соблазнить.

Действительно через пятнадцать минут вижу из окна гостиной, как подъезжает его машина. Приоткрывается дверь, он собирается выходить, потом поворачивается к бардачку достает из него что-то небольшое. Презервативы, догадываюсь я. Он крутит их в руках несколько секунд, бросает назад, закрывает бардачок, и выходит из машины. Значит, я правильно оделась. У меня скручиваются внутренности, разговор может быть сложным.

Звонок заставляет сердце забиться сильнее. Открываю дверь, Алан молча проходит прямо на кухню, я иду за ним. Он садится за стол:

— Сделай мне чай, пожалуйста. — он спокоен, или пытается так выглядеть.

Завариваю в полной тишине чай, подаю и тоже сажусь за стол. Некоторое время смотрю, как он пьет. Не знаю, как начать, наверное, лучше прямо, как он привык общаться.

— Алан, я, когда согласилась помочь Денису, рассматривала ситуацию совсем в другом ключе. Не смотрела на нее твоими глазами. Мне просто хотелось помочь. Если бы я знала, что у тебя такое видение, не стала бы за твоей спиной делать вещи, которые для тебя табу.

Он смотрит на меня, потом подает мне руку:

— Иди ко мне, — усаживает к себе на колени. Заключает в кольцо своих рук, зарывается носом в мои волосы и говорит устало:

— Вишенка, ты в моей жизни что-то невероятное! Не расстраивай меня. Ты же умная женщина, понимаешь ведь, что со мной не просто.

— Понимаю."

"— Все, что я сегодня сказал, касается не только работы. Поэтому, советую тебе даже за ее пределами думать, что ты делаешь. Я не хочу, чтобы вокруг тебя обтекали слюной другие мужики, не создавай такие ситуации.

Я встаю и отхожу к окну, обнимаю себя за плечи и смотрю в темноту улицы. Меня накрывает безысходность, похоже, в моей жизни снова начинаются рамки и условия. Я снова буду прогибаться? Я только выбралась из этого. И если опять нырнуть в этот омут, можно и не выплыть.