Виват Россия!

 – Около двух с половиной сотен саженей отсюда до них. Мы бы и дальше выставили, да просто некуда, там овраг заворачивает. До ближних грудных – сотня шагов, потом на двух сотнях стоят ещё и на трёх. А вот дальше уже только одни ростовые идут.

– Ну вот по самым дальним я и отстреляюсь, – решил Егоров. – Будем считать, что это колонна неприятеля приближается к нам. Они и стоят-то все рядом. – И вставил первую пулю в казённик.

Гремели выстрелы, приклад бил привычно в плечо, разлетались облачка от сгоревшего пороха, а Алексей ловил в прорезь мушку. «Удобно, гораздо удобнее, чем из привычного дульнозарядного оружия стрелять, – бежали в голове мысли. – Неужели мне всё же удалось изобрести отличную, опережающее своё время винтовку. Да, в ней заложены мысли многих хороших оружейников мира, но ведь это я со своими мастерами, это мы вместе смогли собрать все эти мысли и воплотить их в готовое работающее изделие. Только вот вопрос, не рано ли выпускать его на сцену? Покажи моя винтовка себя особо эффективной сейчас, ведь неизбежно начнётся оружейная гонка, и у главного противника России на это время – Франции, которая очень скоро станет наполеоновской, будет гораздо больше возможностей наделать огромное количество таких же, попади хоть одна её солдату в руки. А ведь при большой войне, если вооружить такими винтовками большое количество своих воинов, это обязательно рано или поздно случится. На французов уже сейчас трудятся бельгийские, голландские и итальянские оружейники. Да и у них самих имеется несколько мощных заводов, а скоро ещё и прибавятся оружейные производства с завоёванных германских земель. Что будет, если пусть даже не все наполеоновские солдаты, а часть их, причём часть самая лучшая, скажем в сотню тысяч человек, придёт в Россию с таким вот нарезным оружием? Сможет ли наша армия выстоять на огромных полях сражений под тем же Смоленском или Бородино? Да ещё и с такими правителями».

«Неуставной пулей стрелять строго настрого запрещено, она вызывает свинцевание ствола и его разрыв, калеча и убивая стрелков», – вспомнилось из недавнего."

"«Нет, не пришло ещё время для этого оружия, – делая очередной выстрел, решил Егоров. – Как бы ни чесались руки запустить винтовку в серию и представить её для вооружения армии. Но нет, пусть она лежит пока на моих поместных складах в масле и ждёт своего часа. Накопится на вооружение, скажем, полноценной дивизии, вот и покажет тогда себя на поле боя. В тринадцатом и четырнадцатом году у французов уже просто не будет времени перевести всё своё оружейное производство под новый образец. У них в это время под ногами будет земля гореть. А вот Россия вполне себе даже сможет выпустить несколько десятков тысяч таких винтовок, убедившись в их эффективности на поле боя.