Вкус крови

 – Последний раз в Москву я ездил летом, в июле месяце, так что быть в поезде Москва – Хельсинки никак не мог. А двадцать второго октября я находился на даче у моих друзей. Они могут это подтвердить.

– Но это же он! Он! – воскликнул Шакутин. – Спросите у проводника.

Дмитрий кивнул, продолжая на компьютере оформлять протокол перекрестного допроса.

Услышав предложение Кола обратиться к проводнику, Василий рассмеялся.

– Да поймите же, – обратился он к следователю, – я этого мужика впервые вижу. Впервые! Он меня за кого-то другого принял. Посмотрите, какой он дерганый.

Его сначала освидетельствовать надо, а потом уже до перекрестного допроса допускать. Перекусает тут всех…

– Константинов, я предупреждал… Василий презрительно пожал плечами."

"– Константинов, к вам вопрос. Как вы объясняете тот факт, что документы, украденные у Шакутина, оказались у вас?

– Я уже говорил, – ответил Василий с видом оскорбленной добродетели. – В парадной собственного дома я увидел пластиковый пакет. Там были какие-то документы. Я взял их с собой, чтобы посмотреть, что это такое. И если что-то важное, вернуть владельцу.

В целом история, поведанная Васей Константиновым, напоминала рассказ «Так поступает пионер».

Из нее выходило, что каждый его поступок был продиктован чувством глубочайшего благородства.

– У вас есть вопросы к обвиняемому?

– Есть. – Кол устроился поудобнее и, глядя прямо в глаза супостату, спросил:

– А почему, найдя документы, вы не обратились в милицию? Почему поехали в порт? Почему пытались получить по накладным фрукты на себя, почему назвались представителем фирмы «Олеся»?

– Это ложь, – спокойно заявил Константинов. – Я приехал в порт только для того, чтобы отдать документы.

Это была моя единственная цель.

– Но секретарь подтвердит! – воскликнул Кол.

– Я тоже думаю, что подтвердит. – И Василий самодовольно улыбнулся.

– Константинов, у вас есть вопросы к Шакутину?

– Пожалуй, есть, – кивнул Василий с усмешкой, – хотя, повторяю, вижу этого человека впервые в жизни. Ты насчет головы не проверялся?

– Константинов, последнее предупреждение! Потерпевший, на этот вопрос можете не отвечать.

На некоторое время в кабинете воцарилось молчание, которое нарушал лишь стук пальцев по клавишам компьютера – Самарин оформлял протокол перекрестного допроса.

– Ознакомьтесь. Подпишитесь вот здесь. «С моих слов записано верно». Число не забудьте.

– У меня есть еще нечто вроде вопроса к Константинову, – сказал Кол, поставив число и подпись, – это не для протокола. Можно спросить?

– Спрашивайте.

– Слушай, будь человеком, отдай кейс. Ты все равно не сможешь им воспользоваться. Отдай кейс, заявление заберу.

– Я вообще не понимаю, о чем он говорит, – пожал плечами Василий и встал. – Больной какой-то.