Вкус подчинения

В большом холле стояла звенящая тишина, нарушаемая лишь шумом рации, третий лежал без дыхания, рядом с ногой Давида

Он быстро оценил есть ли пострадавшие и тут же выругался, когда на боку Василисы растекалось пятно. Кинулись к ней все. Макс отбросил пистолет, которым убил Андронова, а Макар взревел, подхватил завалившуюся в сторону Васю. Рядом ахнула Майя, но я остановил ее рукой.

Макар вихрем пронесся мимо, минуя трупы и подоспевших спецназовцев.

— Давид, — взяла меня за руку Майя и потянула на выход. — Василиса ранена. Надо Макару помочь, он сейчас неадекватен.

— Когда-то было иначе? — хмурюсь я и кивнув Максу, выхожу из квартиры. Пусть Одинцов сам расхлебывает смерть своего отца.

_____________________________________________________________________________

Небольшой, но насыщенный кусь перед завтрашней сессией)) Да, да, вы не ослышались.

С Васей все будет хорошо. Зацепило, с кем не бывает)

Глава 64. Майя

Мне было жалко Василису.

Её потеря невосполнима, но есть Макар и если он хоть что-то понял, то больше не совершит ошибок. Он и сама к нему тянулась, в мгновение ока простила за все и приняла трепетное внимание.

Лешу нашли за домом, он умер от внутреннего кровоизлияния. Давид бил его нещадно. А я должна была его и раньше остановить, но наслаждалась каждым ударом. С каждой каплей его гнилой крови отчищалась моя, как и страх, с которым я жила столько лет.

— Устала? — спросил меня Давид, когда мы после трех дней в больнице, вернулись в его квартиру. Большую, темную, пустую.

Она показалась одновременно такой далекой и родной, словно забытое теплое воспоминание."

"Я покачала головой и поджала губы.

— Во всем виноват мой звонок? Я виновата, что Васю ранили?

Я не спрашивала раньше, не хотела отвлекать внимание от Василисы, но кожей чувствовала, что это разговор начать придется.

Я услышала шаги и вот сзади нависла скала, отбрасывая тень впереди меня.

Но Страха не было перед ней, лишь мурашки от долгожданной близости и терпкого аромата сандала и трав.

Его руки обхватили мне плечи, сжали пальцами. Он протяжно выдохнул воздух, словно набираясь смелости, предвкушая, подготавливая себя к чему-то.

— Даже, строя самые грандиозные планы, мы не может учитывать все. Всегда есть вероятность погрешности. Ошибки. И никогда нельзя оценивать ее однобоко. Потому что никто не знает, что случилось бы, сложись все иначе. Ты не виновата. Ты сделала, то что сделал бы любой человек. Подумала о себе. Это просто нужно принять.

Он прижал меня к груди, и я расслабленно откинула голову, слушая его мягкий низкий баритон, который впитывался в меня как лучи лунного света, заглядывающего в окно.

— Ты такой умный, — прошептала я и хотела повернуться, но он не дал, только усмехнулся и коснулся губами шеи, повергая тело в трепет.

Я так долго ждала его. Так долго хотела.