Власовцев в плен не брать

 – У тебя в роте вторым номером у бронебоя Акимова твой тёзка Иван Алексеевич Грибов воюет. У него каминцы всю семью расстреляли. И стариков родителей, и сестру, и жену, и троих детей. Так что будет кому и к пулемёту стать. Если понадобится. Это война.

Старший лейтенант ещё раз расправил складки под ремнём, погромыхал табуреткой и молча сел.

– Не брать, так не брать, – загудели офицеры.

– А если немцы?

– Повторяю: задача нашей дивизии – сделать прорыв, вклиниться как можно глубже. Никого не ждать. Вперёд и вперёд. Незначительные подразделения и гарнизоны обходить, блокировать и уничтожать с помощью средств усиления. Аэродром Омельяновичи мы обходим справа. Аэродром – дело соседей. Разгранлиния, как вы видите на карте, проходит вот здесь, правее. Нам приданы танки и артиллерия из расчета: три танка и два противотанковых орудия на взвод. Усиление, как вы понимаете, хорошее, так что во время движения прошу позаботиться о безопасности танков и орудий, и об их эффективном использовании. Следом за нами, как я уже говорил, в прорыв будет введена конно-механизированная группа. Два корпуса, танковый и кавалерийский. Так что о пленных будет кому позаботиться. Наш батальон, как вы понимаете, на острие предполагаемого прорыва. Посидели в окопах. Хватит. Какие есть вопросы?

Когда боевая задача была поставлена и разъяснена и офицеры начали расходиться по ротам и взводам, комбат окликнул Воронцова:

– Воронцов, задержитесь. Надо поговорить. – И Солодовников закурил. Это означало не минутный разговор.

Воронцов молчал, ждал, когда комбат заговорит первым.

– Я не знаю, кто ты был и что там у тебя было два года назад под Вязьмой, но я тебя знаю хорошо теперь. Кто ты есть и какой ты есть. – Капитан Солодовников смотрел в переносицу Воронцова. – Сегодня утром я ездил в штаб дивизии. Зашёл в особый отдел. Пришлось зайти… Так вот, ты у них с некоторых пор в разработке. Что это означает: каждый твой шаг они изучают через лупу, разговоры, почта, круг общения, особенно неслужебного и так далее. Меня, между прочим, тоже просили присматривать за тобой. А это означает, что за тобой присматривать буду не только я. Понял? Просили дать характеристику. Пока только устно. Я сказал, что ты надёжный товарищ и грамотный офицер, лучший командир роты в нашем батальоне. Женат. Жена проживает на освобождённой территории, воспитывает троих приёмных сирот и двоих родных детей…

У Воронцова пересохло в горле.

– Андрей Ильич, откуда же вам про детей известно?

– Известно. Кондратий Герасимович перед отправкой в госпиталь Вере всю твою историю рассказал.