Владелец

А надежда на неожиданное счастье, на редкость некстати пустившая ростки в душе, не хотела умирать. Боролась за свой шанс.

— О том, что я все понимаю. Мы обе чудом избежали приговора. Кому хочется стать женой лорда Уаро? Сбежали в последний момент, а сейчас… рядом молодой сильный мужчина, который тебе нравится. Все твои чувства обострены, да и мои тоже. Если бы не эта ситуация, я, может, еще пару лет мучила бы Эдериза, а так… нам обоим повезло. Ты же остаешься одна и на острие кинжала. Конечно, может показаться, что фен Драм — твое спасение… но ты ошибаешься. Уж он точно не спасатель!

— Ты пристрастна! — уже почти шепотом произнесла Шанель.

А потом быстро добавила с явной надеждой в голосе: — Ты же видела, как он чуть не подрался за место рядом со мной! Я уверена, что нравлюсь ему, чувствую это…

Айсель тяжело вздохнула, подошла к сестре и, обняв ее за плечи, устало ответила:

— В том-то и дело, что я беспристрастна, в отличие от тебя. Не возражаю, что за тот несчастный стул он, действительно, готов был убить. Но по другой причине. Кайрен ответил абсолютно честно, когда заявил, что жадность и повышенное чувство собственности — это отличительная черта его народа.

А вот твои наивные вопросы вызвали у него усмешку.

— Но я думала…

— …что он хотел остаться с тобой рядом? Не стоит, родная, это не так. А вот мои наводящие вопросы вызывали нехороший блеск в его глазах. Да и комплимент нашей красоте был немного наигранным. Он его так произнес… словно заученную годами фразу выдал.

— Но ведь он дипломат, Айсель. Для них естественно льстить, говорить комплименты…

— Эх, Шанель, Шанель… Как же все не вовремя с этим замужеством, пусть будет проклято семя Уаро… Ты не доучилась на последнем курсе Высшей школы.

А я, в отличие от тебя, окончила его блестяще. Меня хорошо научили чувствовать полутона, интонации, подтекст, больше слушать, чем говорить, и вычленять самое главное в разговоре. Ты забыла, что я выбрала экономическое направление?

Шанель отрицательно покачала головой, ощущая, как внутри все холодеет от слов сестры, а Айсель продолжила:

— Это ты, сестренка, выбрала художественное: дизайн, уют и живопись, домоседка ты моя… Экономика сродни политике! За каждым словом может скрываться фальшь и проверка на слабость.

Уловил ложь в словах соперника — выиграл, пропустил мимо ушей — проиграл! У меня недостаточно опыта, чтобы утверждать, но почти уверена, что фен Драм не краммер, — таинственно понизив тон до шепота, добавила Айсель, — а может, и не дипломат вовсе! Подозрительный он какой-то…

Шанель отстранилась от сестры, избегая любого прикосновения, ощущая себя опустошенной и выстуженной почти так же, как после сообщения родителей о ее скором замужестве со стариком.

— Хорошо, Айсель, я поняла, что ты имеешь в виду.