Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен

И надеялся чужеродную магию попросту закупорить в бутылке, а уж после хорошенько ее изучить…

– Ему удалось пленить существо? – я поежилась от озноба, хотя в пещере даже с наступлением вечера сохранялась жара.

– И даже затащить арканом в подвал, – почувствовала, что Кольт кивнул. – Мать спустилась туда совсем не вовремя. И вместо «бутылки» извлеченная из монстра темная энергия вошла в нее, неготовую и незащищенную. Идиотская случайность. Понимаете, Софи, если бы на нее просто напало исчадие, она могла отделаться обмороком, испугом и магическим истощением… Но чистый концентрат тьмы, столкнувшийся с сильной искрой…

– Мне жаль.

Мне очень жаль, – пробормотала, прикрывая дрожащие губы пальцами.

Срочно захотелось перебраться на вархову шкуру и свернуться клубком рядом с Грегори. Просто чтобы он чувствовал, что не один лежит в темноте в неизвестной пещере неизвестного мира. Но, конечно, это было совершенно неуместно.

– С тех пор отец закрыл все разработки и отказался от экспериментов. Результаты исследований уничтожил или спрятал на полях скучных книг. Я паршиво справлялся с потерей, винил всех вокруг.

Я не умею прощать, мисс Эштон, – севшим голосом признался Кольт. – Пока друзья семьи поддерживали отца и помогали ему разгребать последствия, я просто… ушел. В другой мир. В один, во второй, в третий… Пожалуй, сыном я был таким же отвратительным, как и мужем. Да и опекун из меня вышел сомнительный.

– А что случилось потом? – я присела на соломе, развернула ноги в сторону шкуры и Грега и обхватила колени руками. Уложила на них подбородок, понимая, что заснуть в ближайшее время не смогу. Ох уж эти варховы сказки.

– Я повзрослел, Софи. И перестал быть идиотом. С людьми такое случается, – судорожный выдох долетел до моих голых ступней. – Мы помирились с отцом. Я принес ему кое-какие разработки с Сеймура, и он зажегся идеей добычи темного топлива. Заработал на нем целое состояние, затем поставил меня во главе компании. Без матери ему было тяжело. Он стал запираться в своем имении, бродить по садовым дорожкам, днями просиживать в библиотеке, разыскивая какие-то ответы… и с годами потух.

Я погладила коленки, расправляя по ним ласкающую ткань шелковой сорочки.

У моих родителей отношения были не настолько трепетные и зависимые. Они общались ровно, тактично, с уважением, и оба очень любили меня. Наверное, мама с папой вполне смогли бы жить друг без друга, если бы в том разломе погиб кто-то один… Но боги Эррена распорядились иначе.

– Незадолго до смерти отец велел уничтожить все его записи. Сказал, что понял: однажды из-за такого вот самонадеянного умника и начались разрывы, – Кольт тоже сел и уставился в темноту. Куда-то в сторону меня.