Властелин Огненных Земель

Он явно не сочинял, рассказывая о людях с коричневой кожей и людях с желтой кожей, о дворцах из слоновой кости, о китах больше «Греггоса», о каменных домах, каждый из которых размером превосходил весь Эмблпорт, о чудовищных зверях с бивнями и горбами. Он явно неплохо разбирался в торговле и рынках. Однако когда речь заходила о политике, единственной его заботой было стоять за Эйледа Фюрлафинга до последней капли крови — в прямом и переносном смысле."

"Он с охотой говорил и о самом капитане. Хотя Эйлед упоминал о множестве сводных братьев, похоже было, что все они родились от матерей-фраллей вроде покойного Вейрферхфа, а к таким людям относились с сомнением. Их никогда не сочтут достойными трона, так что все политические амбиции рода Каттерингов связывались с Эйледом и его единственным родным братом, Сюневульфом, — двумя выжившими сыновьями покойного короля Фюрлафа от пленной шивиальки, которую не стали офралливать. Ее сделали лэйтом, рабыней — значительно выше фралля, но ниже сеорла, вольного жителя.

— А Эйлед достоин трона? — Джерард не мог представить себе никого, более достойного править народом пиратов и грабителей.

— Эйлед достоин трона более других, — кивнул Бримбеарн. — Король Фюрлаф женился после того, как он родился. И славная же леди, королева Мод, до сих пор пользуется почетом. Ты увидишь ее в Варофбурге. Еще как достоин! Мужчины бьются за место в вероде Эйледа, чтобы завоевать богатство и почести.

— Значит, Эйлед законный претендент, но у него есть старший брат, который им не является. Что получается: чтобы быть достойным трона, мужчина должен быть рожден в браке?

Вид у Бримбеарна был слегка озадаченный.

— Это не важно, — пробормотал он. — Просто сам Сюневульф не… — Он неловко оглянулся, проверяя, не слушает ли его кто-то еще, а потом сменил тему разговора.

Несколько раз к пленнику подходил и подсаживался танист. Как и все в команде, большую часть свободного от вахты времени он посвящал разговорам и расчесыванию своих волос. Он предложил пленнику выпить еще своего превосходного бренди, но не оскорбился, когда тот отказался. Он болтал легко и непринужденно, извиняясь, когда познания в шивиальском языке подводили его, что случалось редко. Запретных тем для разговора не было.

— В Бельмарке больше тысячи островов, — объяснял он. — По большей части это просто камни, выступающие из воды в отлив, или скалы, заселенные чайками и крачками. Обитаемы только два десятка островов. Фюрсиг — самый большой из них. Три провинции поделили Фюрсиг между собой: Каттерстоу, Эастрис и Грейтеарс. Каттерстоу — самая богатая провинция Бельмарка, а Варофбург — самый большой город.

— И кто сейчас эрл Каттерстоу?

— Сеольмунд Сеолаффинг. — Эйлед улыбнулся, не объясняя, что в этом такого смешного.