Вне закона
Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…
Русских в Батлер-Крик было много, по моим прикидкам, так где-то процентов двадцать населения – сказывалась близость выхода к реке Иркут, по которой русские и селились. Торговцы скотом, торговцы деревом, разные люди, в общем, но строиться предпочитали именно в таком стиле – удобно, надежно, укрыто от глаз. Американцы так не делали, но уже начали подражать, оценив практичность.
Бригадир строителей – скуластый и сухой мужик с синими от партаков руками цену сперва заломил несусветную, исключительно наудачу, но затем спустился до разумной, а потом на удивление ловко и аккуратно, без единой помарки, начертил проект дома, даже не пользуясь линейкой.
– Такой хочешь, хозяин? – спросил он.
– В самый цвет! – чуть не захлопал я в ладоши.
– По рукам, значит.
В общем, не знаю, как это все увязать логичней, но именно попытка поджога подтолкнула меня к тому, чтобы я окончательно решил устраивать свою нынешнюю жизнь в Батлер-Крик. На следующий день я нанял продавца – невысокого чернявого хлопца по имени Виталя, жившего здесь с момента закладки первых домов и уже вполне бодро болтавшего по-английски.
Одним из достоинств Витали было то, что у него была собака – нечто огромное и лохматое, похожее на кавказскую овчарку, слушавшееся только его и не трогавшее тех, кого Виталя обозначал как «своих». Пса звали банально Мухтаром, хотя сам Виталя утверждал, что имя дано со смыслом, в честь какого-то нелегального мигранта, с которым он был знаком раньше. Мухтару выстроили просторную будку, и он на постоянной основе заселился в магазинном дворе, вроде как взяв его под охрану.
– Прикинь, старшой, – говорил Виталя мне, когда я показывал ему, что и к чему в магазине, – я в школе даже «май нэйм из Виталий» выучить не мог, а тут ваще трындеть на ихнем научился.
– Тебе еще оружейные термины подучить, и тогда все в порядке будет. Стреляешь-то как?
– Из ружья нормально с батей охотился, а из чего другого – уже хреново."
"Виталя родом был из Канска, что под Красноярском, и все, что о себе помнил, так это то, что работал водителем на грузовике и вроде как обходился без криминала. По крайней мере, он так говорил, да и не похож он был на уголовника. Разве что на гопника.
– Тогда держи всегда под рукой. – я взял с полки свой старый рычажный винчестер, который укоротил и оставил без приклада, в результате получив копию того ружья, с которым катался второй Терминатор на отжатом мотоцикле, и выложил перед Виталей на прилавок. – Мы тут оружием торгуем, не колбасой, могут и прийти с целью бескорыстного отчуждения товара в свою пользу.

















