Вне закона

Причин к тому было несколько: я снабжал его всякой оружейной справой льготно, у нас были общие интересы – шериф был раньше аутфиттером, а я охотником, пользовавшимся помощью этих самых аутфиттеров подчас, так что нам было о чем поговорить, да и здесь оба охотились. Ну и самое главное – никто из нас не был, насколько мы сами помнили, в прошлой своей жизни преступником. Нет, за что-то мы сюда оба угодили, понятное дело, но вот за что именно… Но профессией это не было ни у кого из нас, это точно."

"Первый мой разговор с шерифом состоялся в ту ночь, когда я застрелил у себя во дворе Гарри – продавца из конкурирующего магазина.

Разговор был недолгим, событие особого интереса у шерифа не вызвало, тут это в пределах правил – залез в чужой двор, а хозяин тебя поймал. А учитывая, что еще и поджечь хотел и все улики налицо – так вообще все нормально. Убийство Джока и вовсе повода к беседе не дало, для Хадсона все было в нем ясно и понятно, тем более весь салун в свидетелях, а вот следующая встреча наша состоялась примерно через пару недель после того, как я занял подле Сули место бывшего рестлера.

Салуны на Главной улице, естественно, составляли центр городской жизни. У кого были на них деньги, только там вечера и проводил. В салунах пили, там же посещали бордельных девиц, продолжая обогащать Сули, и там же играли – в общем, поводов для драк и прочих безобразий хватало за глаза. Делили девок, спорили из-за проигрышей, ну и просто разбирались, почему кто кого толкнул. Многие, я думаю, ходили туда исключительно для того, чтобы на все это полюбоваться. Там же, в салунах, распространялись все новости, там заключались сделки, там появлялись новые приезжие, в общем – пульс местной жизни именно там прощупывался лучше всего.

Да и для приезжего лучшей справочной не найти – зайди в салун, купи стакашек бурбона и расспрашивай того же бармена. И если по морде не получишь, то выяснишь все, что надо. Это уже как лотерея.

Благонравием эти места, понятное дело, не отличались.

До смертоубийств в барах доходило нечасто, все же границы допустимого соблюдались, а убийство считалось в немалой степени моветоном, а вот дрались ежевечерне, обычно даже не единожды.

Не так посмотрел, не то сказал, задел плечом проходя – ругань, звуки ударов и грохот опрокидываемой мебели, рывок вышибал в сторону дерущихся и обычно продолжение битвы уже на улице, куда Рок и Бак с Тадом вышвыривали бойцов. А так даже до ножей доходило нечасто, обычно все заканчивалось разбитыми сопатками и изрыгаемыми угрозами, на которые мало кто внимание обращал. Все же некая мера существовала.

Это обычно. Но бывало и так, что битьем по морде дело не ограничивалось.