Вне закона

Как там в народной поэзии, той, что с детства помнится?

Шел медведь по тайга,О пенек ломал нога.Почему медведь хромой?У него судьба такой.Так вот актуальный стих получается, да. Иншалла.

Пароход между тем отшвартовался у деревянного причала, сбросили с борта сходни, и поток обалдевших от сидения взаперти и четырехдневного пьянства пассажиров повалил на берег. Путешествие закончено.

Вскинув на плечо рюкзак и подхватив сумку, я решительно направился к причалам с шаландами. В порту было людно и шумно, было видно, что начала навигации ждали как могли, и теперь вот до дела дорвались.

Телеги с товаром катили во все стороны, где-то грузили, где-то стучали молотками, где-то ругались, у входа на следующий причал пытались собрать гвозди из расколовшегося от падения на землю ящика.

Обстановка явственно намекала на то, что за карманами лучше бы приглядывать. Я так и не носил ничего нужного в карманах, мне Роберто из кожи и замши маленькую сумочку скроил, которая носится под курткой на манер кобуры. И не срежешь, потому что никакой нож ее так запросто не возьмет, и в нее не залезешь, потому как клапан в ней с хитростью.

Ее еще можно под мышкой носить, как кобуру наплечную, но у меня там и правда кобура с «береттой», той самой, из которой я Джока застрелил. Пусть один револьвер будет на виду, а второй вот так.

Ага, вон Васькина шаланда, я избушку палубную узнаю, в какой сам два дня прожил. А Васька где? Внутри?"

"Подошел ближе, встал у края причала, сомневаясь, перебираться на баржу или нет. Васьки что-то не видно.

– Эй, уважаемый! – окликнули меня с соседней шаланды. – Чем-нибудь помочь могу?

Я обернулся. Там стоял, уперев руки в бока, молодой рослый парень с наголо обритой головой, одетый в классическую американскую клетчатую рубаху и джинсы.

Но окликнул на русском. Так что на русском я и ответил:

– Ваську ищу. На месте он, не знаете?

– Отошел до вечера, пока я за него. Так чем в таком случае реально помочь могу?

Понятно, они посменно в город уходят, подменяя друг друга. Разумно.

– Хотел узнать, где Колян остановился, в какой гостинице. Вообще-то он мне нужен.

– Они всегда в «Сибирском тракте» останавливаются. Все русские там.

– Ага, спасибо, – обрадовался я.

 – Далеко отсюда?

– Портовую контору видите? – спросил тот, показывая рукой. – За ней налево и прямо по улице. Метров через триста и гостиница будет, по правой стороне. Не ошибетесь.

– Я понял, спасибо!

Город был, как и наш Батлер-Крик, деревянным, но застроен в американском стиле и больше в три этажа. Дома на «риверфронте» прижимались друг к другу боками, образуя сплошной ряд магазинчиков, лавок и всяких мастерских. Была и пара каких-то закусочных, для экипажей судов больше, наверное.