Вне закона

Вам же ночлежка для новых не пойдет, верно?

– Не пойдет, – согласился я.

И куда же податься? В бордель в «вип-номер», там хоть на ночь не выгонят? Так это я на стоимости услуг разорюсь. Не годится. К Ваське в гости напроситься? Ну, как вариант… заплатить, так он и рад будет. Или все же потолкаться в гостиницы? Тем более что Васьки на месте нет, так что даже вещи кинуть не выйдет.

– А вещи у вас пока оставить можно? – спросил я.

– Не принято вообще-то, – как-то очень выразительно засомневался клерк, после чего я сразу достал купюру. – Только если ничего ценного там, чтобы потом без предъяв, – тут же добавил он, когда деньга перекочевала в его карман.

 – Давайте в кладовку уберу. Я до утра здесь, так что все нормально.

В общем, уже проще. Теперь хотя бы налегке могу перемещаться. Поблагодарил клерка, подошел к выходу, остановился, глядя через стеклянную дверь, заметил блондина на противоположной стороне улицы, подпирающего стену дома и поглядывающего в эту сторону. Стекло бликует, похоже, так что он меня не видит сейчас. Так не за мной ли он следит?

Где я его раньше видел?"

"Ладно, что тут стоять? И я пошел из гостиницы в гостиницу, выискивая себе хоть какой-нибудь номер.

И примерно на третьей гостинице понял, что блондин следит именно за мной. Причем не то чтобы совсем плохо следит, аккуратно даже, и если бы я случайно не обратил на него внимание на пароходе, то, скорее всего, даже и не обратил бы на него никакого внимания здесь.

В шестой по счету гостинице, последней на Мэйн-стрит, мне неожиданно повезло. Прямо при мне освободился номер. И не просто освободился, а его обитателя выкинули на улицу, а следом полетели кое-как упакованные вещи.

Выкинули его двое громил со звездами помощника шерифа. И в тот момент, когда мелкий небритый мужик с большими усами вылетел от могучего пинка на тротуар, я, уже пребывавший в полном пессимизме, решил, что не все потеряно.

– У вас, я вижу, номер освободился? – спросил я у клерка, на этот раз англоязычного, малорослого и в еврейской кипе на макушке.

– Похоже на то, – вздохнул тот. – Но его сначала мыть надо.

– А что случилось? Он там обгадился, что ли?

Клерк молча показал на табличку на стене, на которой было написано: «Табак на пол не плевать! Это влечет за собой выселение из отеля».

– А, вот оно что…

Американская привычка жевать табак вообще меня раздражала. Что интересно, жевали его многие даже «по ту сторону», а уж здесь… Нет, пусть хоть сухое дерьмо жуют, мне все равно, но жевание табака вызывало бурное слюноотделение, и плевали эти жующие куда ни попадя. В салунах Батлер-Крик из-за таких жевунов чуть ли не половина драк происходила.

– Весь пол заплеван, – в сердцах вздохнул клерк.