Вне зоны доступа

Не думать о плохом, убеждая себя, что я бы непременно почувствовала, если бы что-то произошло. Я была уверена в этом так же, как и в том, что солнце встает на востоке. Мы так тесно переплелись в пространстве радиоволн, что стали практически одним целым. Он — птица, летящая в далекие дали, а я — его Тень. Нет Птаха, и мне откуда взяться? А пока я дышу и куда-то движусь, значит, и он летит… Значит, его полет не прерван.

Рука невольно поднялась к груди. Пальцы коснулись маленького золотого крестика.

— Иисусе Христе, сыне божий, буди милостив ко мне, грешной…

Молитва помогла совладать с приступом паники. Опустошенная, я вернулась в постель и уснула, едва коснувшись головой подушки. Обычно мне снились странные сны. Я летела над землей, мимо проносились пустыни и джунгли, саванны и дельты рек, дикие звери и птицы, которых я как будто бы догоняла. Но этой ночью мне приснился совсем другой сон. Такой же яркий, насыщенный красками, но другой… Со мной был Мужчина. Вот так… с большой буквы, и никак иначе. И мы занимались любовью. Я так явно ощущала скользящие по телу пальцы. Немного шершавые, как будто загрубевшие от работы… Я тонула в сочетании нежности и сводящего с ума напора, я подавалась навстречу их ласке. Я открывалась… совершенно бесстыдно. Замирала под его губами, настойчивыми и голодными. Они покусывали мои вытянувшиеся соски, оттягивали их и скользили ниже. И мне было так хорошо, так невыносимо хорошо… Когда губы мужчины накрыли самое сокровенное, я выгнулась и закричала… Зарылась руками в прохладные шелковистые волосы и чуть потянула за них, заставляя своего любовника посмотреть на меня. Я знала, что со мной Птах… Я была в этом уверена. И мне так сильно хотелось его увидеть, что не передать словами. Но когда это все же произошло, я испытала шок. Потому что на меня смотрели темные глаза Данила.

Я вынырнула из сна, как из болотной трясины. Села на постели и трясущимися руками растерла лицо. Мне хотелось плакать. От разочарования… А еще мне так сильно хотелось кончить. Как никогда в жизни хотелось. И не было смысла, обманывая себя, оправдывать собственное разочарование несвоевременным появлением Соловьева. Да, я мечтала о Птахе. И я хотела его больше жизни, да… Но правда в том, что сегодня я не смогла бы остановиться. Даже осознав, что это другой… не он! Я бы не смогла остановиться.

Черте что…

Со стоном отчаяния я встала с постели. В который раз пожалела о том, что взяла отпуск. Сейчас бы загрузила себя работой — и не лезло бы всякое в голову. А так… Я замерла от пришедшей в голову мысли. Помчалась в ванную, почистила зубы и, схватив полотенце, рванула через лес, спускающийся клином аккурат к моему дому. Там, в чаще, располагалось небольшое озерцо.