Водопад

В такие дни Эдинбург превращался в город сплошных стен и становился похож не то на склеп, не то на тюрьму.

Доктор Керт поправил манжету, вытянув ее из рукава ровно на дюйм, так что стала видна серебряная запонка с пробирным клеймом. Костюм у него был темно-синим, рубашка — белой, галстук-черным. Из-под брюк высовывались мыски начищенных черных туфель. Впрочем, Керт всегда одевался безупречно, и Ребус невольно подумал, что рядом с доктором сам он выглядит чуть не оборванцем. Его собственный костюм — самый лучший, который Ребус надевал по всяким официальным поводам, — был изрядно поношен.

Брюки уже не сходились на поясе, и ему пришлось основательно втянуть живот, чтобы застегнуть крючок. Застегивать пиджак Ребус не стал и пытаться — и так было ясно, что в самое ближайшее время ему придется идти в «Остин Рид», где шесть или семь лет назад он покупал этот костюм. Правда, за последние пару лет Ребус получил немало приглашений на свадьбы и на крестины, но каждый раз дело как-то обходилось без особого парада. Оно и понятно: одно дело свадьба, и совсем другое — похороны, особенно если хоронишь коллег или друзей, с которыми в свое время было выпито немало виски… А они уходили буквально один за другим — всего три недели назад Ребус ездил в крематорий прощаться с одним из старых сент-леонардских патрульных, скончавшимся меньше чем через год после выхода на пенсию. Тогда, вернувшись домой, Ребус не стал отдавать рубашку в прачечную, а повесил ее и галстук в шкаф, словно предчувствуя, что скоро они опять понадобятся. Сегодня он снова был в той же рубашке; впрочем, прежде чем ее надеть, Ребус убедился, что воротничок еще достаточно чистый.

— Ну что, пойдем? — спросил Керт.

Ребус кивнул:

— Ты иди, а я…

— Что-нибудь не так?

Он покачал головой.

— Нет, ничего. Просто я не уверен… — Ребус вынул руки из карманов, достал сигареты, закурил и предложил сигарету Керту. Тот кивнул."

"— Не уверен в чем? — спросил он, когда Ребус поднес ему зажигалку.

Ребус ответил не сразу. Он тоже закурил, не спеша затянувшись дымом.

— Я… я хочу запомнить его таким, каким видел в последний раз. А там… — Ребус кивнул в направлении церкви, — там будут речи, воспоминания и прочее… Словом, это будет уже не тот Конор Лири.

— Да, я помню — когда-то вы были очень дружны, — согласился Керт. — К моему большому сожалению, я знал его не так хорошо…

— А Гейтс приедет? — спросил Ребус.

Керт покачал головой.

— Он не может. Дела, знаешь ли…

— А кто… проводил вскрытие? Вы двое?

— Да. Преподобный умер от кровоизлияния в мозг.

Приглашенные тем временем продолжали собираться. Кто-то приходил пешком, кто-то приезжал на машине. Из остановившегося перед церковью такси выбрался профессор Девлин.