Война за Проливы. Решающий удар

– Не только я, – ответил адмирал, – Военный Совет, включающий в себя всех командующих фронтами и армиями, русскими и болгарскими, после довольно бурного обсуждения постановил просить государя-императора назначить вас в Главнокомандующие, ибо другого первоклассного военного специалиста из двадцать первого века у нас попросту нет. Вы такой единственный со стратегическим мышлением, и все остальные не более чем способные тактики.

– Да, господин Бережной, – срывающимся голосом поддержал своего наставника царь Борис Третий, – в германских газетах писали, что вы лучший из ныне здравствующих русских генералов, и сравнивать вас можно только с Суворовым и Кутузовым.

Сам фельдмаршал Шлиффен оказался о вас очень высокого мнения…

– Вы уж не обессудьте, Вячеслав Николаевич, – хмыкнул Линевич, – но мы с Оскар-Фердинандом Казимировичем тоже поддержали назначение вас главнокомандующим. Чтобы закончить эту войну быстро и с минимальными потерями, нужно принимать нетривиальные решения, а мы таких способностей в себе не чувствуем-с. Нам ли не знать, что война с Австрией – это по большей части ваш план, который разделал империю Габсбургов как жареного каплуна на тарелке.

Мы бы так, прости Господи, не смогли, а потому вам, как говорится, и карты в руки. А нам, старикам, достаточно увидеть русский флаг над Царьградом – и все, можно умирать. Жизнь во славу России и Государя прожита не зря.

Вот тебя, бабушка, и Юрьев день, подумал я – без меня меня женили… Они, видишь ли, решили, а я отдувайся. И хоть театр военных действий до предела компактный и управляться с ним будет достаточно легко, не чувствую я в себе той самой искры таланта, что необходима всякому порядочному Жукову или Рокоссовскому.

Как мне кажется, мой потолок – это отдельное подвижное соединение, хорошо вооруженное и оттого зубастое, перед которым задачу ставят только в самом общем виде, а дальше я буду сам выбирать, где, как и когда я буду громить врага. Но если вино налито, то есть назначение уже произведено – я должен оставить побоку все свои беспокойства и сосредоточиться только на том, как бы наилучшим образом сделать дело. Оказанное доверие надо оправдывать. Я тоже хочу увидеть русский флаг над Босфором, но еще больше хочу, чтобы злобное государство осман, целых полтысячелетия мучающее все соседние народы и мучающееся само, наконец окончательно прекратило свое никчемное существование. Никаких Ататюрков, Иненю и прочих Эрдоганов, желающих реками чужой крови возродить былое могущество турецкого государства, на этой земле быть больше не должно. Бешеное турецкое животное следует убить и окончательно похоронить – и тогда даже те люди, что сейчас называют себя турками, наконец вздохнут с облегчением.