Война за Проливы. Решающий удар

Присутствуют:

Император Всероссийский Михаил II;

Замначальника ГУГБ – генерал-лейтенант Нина Викторовна Антонова;

Будущий наместник Зоны Проливов – подполковник ГУГБ Мехмед Ибрагимович Османов.

– Итак, господа, – сказал император, окидывая своих собеседников тяжелым взглядом, – дело в Проливах вышло на финишную прямую. Уже завтра начнется завершающий этап операции, и в связи с этим у меня к вам есть один вопрос. Должны ли мы во избежание негативных нюансов превентивно лишить жизни турецкого султана Абдул-Гамида, или есть возможность оставить все как есть, избежав при этом тяжких последствий в виде ожидаемого нами геноцида христианского населения?"

"– Избежать геноцида или его попыток вряд ли удастся, – покачал головой будущий наместник Зоны Проливов.

Турки вполне успешно резали иноверцев до султана Абдул-Гамида, при нем и после него, в том числе и при так называемых «демократических» режимах. Что поделать, если такой метод борьбы за идейную чистоту рядов был изначально заложен в код турецкой нации, и за время существования османского государства уверенность в праве на резню неверных только окрепла. Ликвидировав нынешнего султана, можно добиться только увеличения меры хаоса и дезорганизации в турецком обществе, которое через некоторое время и без султана Абдул-Гамида отреагирует на события привычным для него образом, то есть устроив безобразнейшую резню неверных. При этом большая часть людей, считающих себя правоверными, не подозревает, что неверными пророк Мухаммед называл не людей Книги, христиан или иудеев, а разного рода язычников-идолопоклонников…

– Вам ли не знать, уважаемый Мехмед Ибрагимович, что наклеить политический ярлык «идолопоклонник» – занятие не из сложных, – парировала Антонова, – достаточно того, что христиане осмелились поместить в своих храмах скульптурные и живописные изображения людей.

Ну а большинство турок, которые кинутся резать своих соседей-иноверцев, будут думать при этом не о вопросах веры, а о том, как бы присвоить себе их дома, сады и поля, женщин, детей и прочее движимое и недвижимое имущество. Вы уж меня простите, но как были ваши соплеменники бандитами и грабителями пятьсот лет назад, так ими и остались. И именно из этого факта мы и должны исходить в своих расчетах.

– Не за что мне вас прощать, уважаемая Нина Викторовна, – вздохнул подполковник Османов, – так есть. Века побед, когда Османская империя в громе пушек подминала под себя все новые и новые христианские народы, сделали турок чванливыми и жестокими, а их тягу к жизни за счет ограбления иноверцев – неистребимой. И даже тяжелейшие поражения последнего столетия, когда турецкое государство выживало только при европейской поддержке, лишь озлобили турецкую нацию, но не сделали ее умнее.