Война за Проливы. Решающий удар

Стремительный боевой корабль в маскировочной окраске русского императорского флота легко вспарывал форштевнем серо-стальные воды Северного моря, каждый час проглатывая по двадцать пять миль пути. Пройдет еще пять часов – и при свете последних сполохов заката «Измаил» бросит якорь в гавани Вильгельмсхафена. Там его пассажиры сойдут на берег, чтобы сесть в уже ожидающий их литерный поезд германского кайзера, который довезет их сначала их всех до Потсдама, а потом только русскую делегацию до пограничной станции Вержболово, где императора Михаила, его свиту и гостей будет ждать литерный царский поезд до Санкт-Петербурга.

А «Измаил» тем временем без особой спешки направится на север в пункт приписки на Мурмане, куда уже ушли его систершипы «Гангут» и «Кинбурн».

Правда, кайзер уговаривает своего русского собрата задержаться в Потсдаме на недельку-другую, у него там уже запланирована обширная программа: парады, приемы и снова парады, которых так жаждет воинственная прусская душа. Уговорит или нет, пока неизвестно. Не лежит у русского императора душа к такому времяпровождению, хотя он вполне может задержаться на пару дней, чтобы потрафить союзнику.

Но даже если уговорит, там, в Потсдаме, люди будут разные, поэтому настоящий торжественный обед для Посвященных случился в адмиральском салоне «Измаила». Эти люди – и пришельцы из будущего, и местные уроженцы – добились своего, положив историю этого мира на новый курс. Об этом и зашел разговор, когда обед был съеден и на столе остались только стаканы с горячительными и прохладительными напитками и курительные принадлежности.

"

"– Товарищи, – сказал русский император, – к настоящему моменту мы сумели сделать так, что теперь Европу уже не потрясут две затяжные мировые войны, не будет трех русских революций, не случится штурма Зимнего Дворца, падения монархии в Германии, Гражданской войны в России, холокоста, печей Освенцима и Дахау, а американские бомбардировщики не сбросят атомные бомбы на Хиросиму и Нагасаки…

– Погодите, Михаил Александрович, – сказала генерал Антонова, – с последним пунктом у вас как раз не все ясно.

Аналогом нашей Второй Мировой войны в вашем мире Континентального Альянса, скорее всего, станет Первая Межконтинентальная. В тот момент, когда американскому капиталу станет тесно в своем Новом Свете, следует ждать с его стороны небывалой вспышки агрессии в наш адрес. Стагнировать в изоляции тамошние владыки мира явно не захотят, а экономические рычаги, вроде нефтяного эмбарго против Континентального Альянса, будут неэффективны.