Волчья песнь

Я был его узами и только-только начинал понимать, что вполне возможно, он в свою очередь был моими.

— Как? — удалось мне спросить, потому что Томас заверял, что тот в клетке. Из магии. Из чего-то такого, чего я не понимал, потому что не знал, как действует магия, но ведь его волк должен был быть сдержан. И я подумал, насколько же глупо было верить всему, что мне говорили, не задавая лишних вопросов.

А потом Гордо произнес:

— Нет, нет, нет…

И я понял. В тот же миг, когда это понял Гордо, узы между нами натянулись, став фиолетовыми и синими, с примесью черного. Потому что черный — это страх.

Черный — это ужас.

Клетка для человека, способная удержать его волка, созданная из магии.

Казалось вполне справедливым, что сломать такую клетку можно тоже только с помощью магии."

"— Мы думаем, это был твой отец, Гордо, — сказал Осмонд. — Мы полагаем, Роберт Ливингстон нашел путь обратно к магии и сломал защиту, которая удерживала Ричарда Коллинза.

* * *

Я сделал свой выбор. Хотя все мои инстинкты кричали: «ДжоДжоДжо», он был окружен стаей, а у Гордо не было никого.

Он вышел за дверь. Я последовал за ним.

Волки во дворе расступились.

— Гордо! — позвал я.

Его татуировки гневно вспыхнули и начали двигаться. Но он продолжал идти.

— Стой! — сказал я.

Он проигнорировал меня и потянулся к дверце своей машины.

— Гордо, — прорычал я, вложив в этот рык все, что испытывал. Он катился из меня, словно буря по долине, темный и электрический. — Я сказал стой!

Гордо замер.

Волки вокруг меня заскулили и опустили глаза.

Я слышал, как Осмонд вышел на крыльцо у нас за спинами.

— Какого черта? — пробормотал он.

— Окс, ты не понимаешь, — произнес Гордо. Его голос был резок.

— Я все понимаю.

— Ты понятия не имеешь, что он сделал.

— А ты не знаешь, действительно ли это он.

Гордо сжал руки в кулаки.

— У магии есть своя особая подпись, Окс. Это как отпечаток пальца.

— Но ведь ты говорил, что у него забрали его магию. Как же он мог вернуть ее?

— Не знаю, — покачал головой Гордо. — Есть… разные способы. Но. Все они темные. Это гребаная черная магия, я даже и близко не могу представить, что все это значит.

Он снова потянулся к дверце машины.

— Ты не можешь уйти.

— Окс, — тяжело вздохнул он. — Я здесь не помощник. Я не часть стаи. Мне нужно выяснить…

— Мне плевать.

Плевать, что ты думаешь о стае и прочей ерунде. Ты останешься здесь, и мы вместе справимся с этим. Остальное неважно. Я нуждаюсь в тебе, дружище. И ты это прекрасно знаешь. Я не смогу справиться со всем в одиночку.

— Ты не один, — ответил Гордо. — У тебя есть стая.

— А кто есть у тебя? Ты — моя стая, — надавил я, понимая, что играю на чувстве вины, но было плевать. Я не знал, что все это значит. Не знал, кто все эти люди, если не считать страшных историй.

— Черт возьми, — пробормотал он.