Волчья песнь

Куда пойдешь ты, туда и я.

Вид у него был печальный.

— Иногда мы идем туда, куда другие не могут последовать.

— Он забрал ее у меня, — мой голос дрожал.

— Я знаю, — ответил Томас.

Он шагнул ближе. И еще. До тех пор, пока не оказался прямо передо мной. Положив руку мне на шею, притянул к себе, и я уткнулся лицом в изгиб его шеи. Успокаивающий рокот зазвучал в его груди, и он прошептал:

— Мне так жаль, что это с тобой произошло. Как бы мне хотелось избавить тебя от всей той боли, которую ты испытываешь. Но даже если бы я мог, то не сделал бы этого, потому что эта боль напоминает тебе, что ты жив.

Что ты дышишь. Что ты в состоянии сделать еще один шаг. И куда ты пойдешь, туда пойду и я. Мы покончим с этим, а потом наша стая поможет твоей матери упокоиться с миром. Ты не одинок, Окс, и никогда не будешь одинок.

Монтировка упала на землю, когда я крепко обнял его.

Но я так и не заплакал.

ГЛАВА 19

АЛЬФА

Они ждали нас на поляне. Над головой ярко сияли звезды, а фиолетовые глаза Омег сверкали в темноте. Я насчитал пятнадцать. Все волки. Омеги не должны были сбиваться в такие многочисленные группы. Словно они стая.

У них не было Альфы, пока не было, так что они не могли стать Бетами. Но, похоже, каким-то образом им все-таки удалось объединиться.

— Томас, — поприветствовал Ричард.

— Тебе не следовало приходить сюда, — ответил Томас.

Ричард рассмеялся.

— Ты же знал, что когда-нибудь это случится. — Он глянул на меня, а потом снова на Томаса. — Люди, Томас. В самом деле? До сих пор? Неужели прошлое тебя ничему не научило? Ты должен быть благодарен мне за то, что я уладил твою проблему.

Я не был Альфой, но мои глаза застлало красной пеленой, и все, о чем я мог думать — это смерть, убийство и кровь.

— У тебя всегда были с этим проблемы, Ричард, — заметил Томас. — Ты недооцениваешь тех, кого считаешь ниже себя. Просто потому, что ты не в состоянии оценить их важность и достоинства, не значит, что их нет.

Глаза Ричарда вспыхнули.

— Твое идолопоклонство было забавным тридцать лет назад. С тех пор оно утратило свое значение.

— Где он? — низким голосом поинтересовался Гордо.

— Кто? — улыбнулся Ричард.

— Ты знаешь кто.

— Ах. Но я хочу услышать, как это скажешь ты.

Для него это была просто игра. Все это.

— Мой отец.

— Да. Он, — произнес Ричард. — У него возникли… другие дела, требующие внимания. Он передает тебе привет. Уверен, вы скоро увидитесь. — Он оглядел всех нас, пока его взгляд не остановился на Джо. — Ну, ты определенно повзрослел. Здравствуй, Джозеф. Я так рад снова тебя видеть.

И этого оказалось достаточно. Это была последняя капля. Большего не требовалось. Со мной он мог говорить так, как ему вздумается. Он мог бы наговорить всяких гадостей Томасу. И Гордо тоже. Они бы с этим справились. Смогли бы.