Волчья песнь

Ее глаза были широко раскрыты, а щеки влажными от слез. Однако рот сжался в тонкую линию, а челюсть напряглась. Джесси была напугана, да, но при этом в бешенстве. Это было хорошо. Гнев — гораздо лучший мотиватор, чем страх. А еще это означало, что волки, видимо, недооценивали ее. Точно так же, как они недооценивали меня. Мою стаю.

— Окс… — увидев меня, произнесла Джесси, ее голос звучал хрипло."

"— Все в порядке, — сказал я. — Просто смотри на меня. Все будет хорошо.

— Вот уж не думаю, — отозвался волк, грубо взяв Джесси за руку. Она боролась с ним, но его хватка оказалась железной.

 — Скажи мне, Окс. Неужели ты считаешь, что твоя маленькая монтировка хоть как-то помешает мне разорвать ей горло прямо у тебя на глазах? Неужели ты полагаешь, что сможешь остановить меня раньше, чем я остановлю ее сердце?

— Другой волк уже однажды говорил мне нечто подобное, — тихо ответил я. — Еще до Ричарда Коллинза. Тот волк держал мою мать почти так же, как ты держишь сейчас ее. Я проломил ему голову. Он умер очень мучительной смертью.

— История не повторяется.

— Она может, — пожал я плечами.

— Не для твоей матери, — мерзко ухмыльнулся волк.

 — Скажи мне, Окс. Ты спас ее в первый раз, почему же не сделал этого во второй?

— Спокойно, — прошептал Томас.

— Чего ты хочешь? — спросил я, едва сдерживая ярость.

Его глаза вспыхнули фиолетовым свечением.

— Все просто, — ответил он. — Тебя. Раз уж ваш Альфа… бросил всех вас, ему понадобится небольшой стимул, чтобы выйти из укрытия. Вы обеспечите этот стимул. Мы будем вознаграждены. Он поставит нас выше всех остальных, когда мы отдадим ему тебя и твоего Альфу.

— А если я этого не сделаю?

— Девушка, — напомнил волк. — Она умрет.

Весь остальной город погибнет. То, что осталось от вашей стаи, погибнет тоже.

Я фыркнул.

— Защита выдержит. Вам сквозь нее не пройти. Вы не тронете ни ее. Ни нашу стаю. Ни этот город.

— Окс, что это за чертовщина? — спросила Джесси высоким дрожащим голосом.

— Надолго ли? — ухмыльнулся волк. — Рано или поздно кто-нибудь совершит ошибку. Вы не сможете сидеть там вечно. Я же могу остаться здесь навсегда. И каждый раз, когда человек будет покидать город, я буду тут как тут, чтобы убить его. Всех. Одного за другим.

— Ты должен был сказать мне свое имя, — произнес я.

 — Это все, о чем я просил.

Он сузил глаза, глядя на меня.

— Ты понятия не имеешь, с кем…

— Я предоставлял тебе выбор, — продолжил я, наконец-то давая волю своему гневу. Мой голос стал глубже, и я почувствовал, как что-то пробежало по узам стаи. — Отступить. Уйти. Или даже уползти. Так вот, не думаю, что теперь какой-то из этих вариантов все еще в силе.

«БратСтаяЛюбовьСынДруг».

Они были рядом. Все они.

Те их нас, кто остался.

Потому что независимо от тех, кого не хватало, мы являлись стаей.