Волчья песнь

Но потом стало легче. Гораздо быстрее, чем я предполагала.

Я открыл было рот, чтобы поделиться тяжким воспоминанием из своей жизни, рассказать о том, как в один прекрасный день папа ушел от нас, но не смог подобрать слов. Не потому что не хотел, а потому, что не смог найти ни единого повода разделить с ней это.

Джесси казалась открытой и доброй, но я не знал, как с этим быть.

Солнце садилось за горизонт. Мы купили мороженое.

А потом гуляли по парку, дорожки освещались белыми огнями фонарей.

Она взяла меня за руку, а я начал заикаться и споткнулся.

Все было идеально. Так прекрасно.

А потом она спросила:

— Как там Джо?

— Ох епт, — ответил я.

Я проводил ее до дома. Извинился, что прервал наше первое свидание. Джесси слегка растерялась, но не обиделась. Сказала, что мы можем наверстать в следующий раз, меня бросило в жар. Она снова рассмеялась и, прежде чем я успел понять, что происходит, приподнялась на цыпочки и нежно поцеловала меня.

Это было ласково и мило, а я надеялся, что с Джо все хорошо.

— Увидимся завтра? — спросила Джесси, отстранившись.

— Да, — каким-то образом удалось выговорить мне.

Она улыбнулась и вошла в дом.

Я коснулся губ, их покалывало, а потом опомнился.

До дома было две мили. У меня не было мобильника. Мы не могли себе этого позволить.

Поэтому я бежал всю дорогу.

В доме в конце переулка горел свет.

Дверь открылась еще до того, как я очутился на крыльце.

В дверном проеме стоял Томас. Картер рядом с ним. Оба выглядели так, словно были готовы вот-вот напасть. Томас вышел на крыльцо. Его ноздри раздулись, и на мгновение мне показалось, что его глаза вспыхнули, но я уверил себя, что это просто игра света. Ничего больше.

В одно мгновение Картер очутился рядом, начал гладить меня по голове, растирать шею.

— Ты в порядке? — спросил он, его голос был низким. — Почему ты так напуган? Что случилось?

И тогда я понял, что мне страшно. Страшно, потому что я подвел своего друга.

— Никто его не преследует, — сказал Томас, подойдя к сыну. Я чувствовал тепло, исходящее от них обоих.

— Он не ранен, — ответил Картер. А затем положил руки мне на плечи и посмотрел прямо в глаза. — Кто-то навредил тебе?

Я помотал головой.

— Джо, — выдохнул я. — Джо. Я забыл. Он…

— А, — произнес Томас. — Это все объясняет.

Картер опустил руки и сделал шаг назад. Теперь он выглядел раздраженным.

— Ты засранец, Окс.

— Картер, — рявкнул его отец, и я отпрянул. — Довольно.

— Но он…

— Довольно.

Одно слово, и захотелось подчиниться, все исправить. Сделать все, что велит Томас. Я не мог понять почему.

Картер вздохнул.

— Прости, Окс. Это просто… Джо, мужик. Это Джо.

Я склонил голову."

"— Пап, — тихо сказал Картер. — Ты не думаешь, что Оксу пора знать? Он — часть стаи.

— В дом, — скомандовал Томас.

Картер больше ничего не произнес.