Волчья тропа

Однако не все здесь были подавлены унынием. Несколько мужчин и женщин шагали по улицам с гордым видом – ну чисто петухи, хвастающие своими гребнями. Мы с Пенелопой заметили у них кое-что общее – все они тащили банки, доверху набитые блестящими золотыми комочками. Наверняка у всех тех парней, что сейчас глушили виски, раньше тоже такие банки были.

– Что они с этими желтыми штуками делают? – спросила я у Пенелопы. – Кто их покупает?

Пенелопа взглянула на женщину с банкой и поняла, о чем я.

– Точно не знаю. Слышала, на юге некоторые благополучные города отстроились и жителям нужны драгоценности.

При слове «драгоценности» у меня челюсть отвисла.

– Значит, весь этот пот и слезы ради пары блестящих безделушек?

– Блестящие безделушки и легкомысленные траты позволяют людям забыть о том, в каком мире они живут. Потому они такие ценные."

"Я фыркнула. Дурацкий способ тратить деньги. Впрочем, если мои родители зарабатывают на этом, то почему бы и нет. Однако здесь я не заметила ни одного человека, который казался бы по-настоящему богатым.

На город опускалась ночь, неся с собой холодное дыхание приближающейся зимы.

Здесь, на севере, лето длилось всего полтора месяца, до того, как выпадал первый снег, а в неудачные годы и то меньше. Только устроишь пикник в канун летнего солнцестояния, а тут тебе снегопад. А иногда уже и гирлянды на Рождество развесишь, а его все нет и нет. Не угадаешь; надо слушать ветер, ощущать его на своей коже, и тогда он тебе шепнет. Сегодня ветер шептал мне: «Не расслабляйся, Элка, впереди долгая холодная ночь».

– Денег у нас нет, – сказала я. – В лесу спать будем?

Пенелопа улыбнулась и велела идти за ней. Видать, усмотрела что-то своими зоркими глазами.

Я даже немного растерялась – не люблю пасти задних. Я-то думала, что Пенелопа знает, что делает, но все оказалось совсем наоборот.

Мы пошли к мосту через реку. На другой стороне возле лесопилки я увидела, как обнимаются мужчина и женщина. Марк с сыном добрался до Такета одновременно с нами и таки встретился с сестрой.

Я схватила Пенелопу за руку.

– Да ни в жизнь! Мы к ним не пойдем.

– Почему?

Я оттащила ее в сторону от дороги.

– Слишком опасно! – сказала я, имея в виду совсем не нас.

– Не говори чепухи.

Они хорошие люди, – заявила Пенелопа, взглянув на меня с таким видом, что и молоко скисло бы.

– Правильно. Они хорошие люди, – прошипела я. – Не хочу, чтобы они плохо кончили.

– Ты о чем? – спросила Пенелопа, глядя на меня как на сумасшедшую.

Я подтащила ее поближе, чтобы нас никто не услышал.

– Если они помогут нам… помогут мне, с ними случится что-то плохое. – Пенелопа попыталась меня остановить, но я продолжала: – Доктор из Халвестона, который мне помог, был самым добрым человеком на свете.