Возле Тьмы. Чужой
Мир, почти погибший, но все же уцелевший, разделившийся на Свет и Тьму, Своих и Чужих, Добро и Зло. И человек, идущий сквозь этот мир в поисках любимой женщины. Готовый на все ради того, чтобы ее найти. Вот, в общем, и все.
Что бы ни значило, но за такую особенность большое спасибо… кому? Опять же не знаю. Кому угодно.
— Как ты его заметил? — спросил Пикетт позже, когда мы опять сидели в здании терминала, блаженствуя с банками пива у нагретой печки.
— Не знаю, — решил я не вдаваться в подробности. — Как-то заметил.
А как еще объяснить?
Часового с балкона убрали, к слову, по моей инициативе. Удалось убедить в том, что такой твари подкрасться к нему как нечего делать, никаких проблем. Пост перенесли на крышу. Там ветрено, но ничего страшного, потерпит, все лучше, чем быть съеденным.
Значит, здесь все же Тьма. Но почему мир не настолько «расслоился», как тот же Отстойник? И «свои», и «чужие» — все здесь вперемешку. И Тьма на самом деле не тьма, а что-то другое. Колебания воздуха какие-то, твари тоже вот… Мне в чем-то повезло — чутье это самое появилось.
Ладно, дальше-то что? Завтра обратно вылетаем, к вечеру, наверное, будем в Гарден-Сити. Послезавтра начнется работа, насколько я понял, буду над окрестными дорогами и полями летать в поисках всякого подозрительного движения.
А насчет такой информации надо общаться с Люси — она ближе всех к этой теме, получается. Мне ведь полные списки даже не нужны, наверное, мне лишь важны данные на тех, кого отправляли дальше, в Анклавы, из Гарден-Сити. Именно эта база полностью отвечает за все возможные направления, с которых могла появиться Настя. А такие списки быть наверняка должны, отчетность и все такое. Просто обязаны быть. И нет у меня к ним никакого другого пути, кроме как через нее.
Ладно, спать пора, завтра вставать. Надувную кровать мне выделили, а спальник свой, можно ложиться.
20
Почему-то думал, что вылетим чуть ли не строем, во главе с Маром, но вышло совсем по-другому: каждому забили в навигатор маршрут, потом объявили очередность взлета — и на сем мы разошлись по машинам. Мне досталось взлетать последним, потому, похоже, что «фоксбэт» из всех летающих машин самый медленный.















