Возле Тьмы. Чужой

Если на второй день снегу было мне до середины голени, то на третий его навалило выше чем по колено. Была у меня идея почистить двор, но потом я от нее отказался — смысла нет. Дорогу же все равно никто не почистит, так что мне здесь жить до того, как это все растает. И думаю, что растает скоро, потому как похоже, что зимы здесь все же бесснежные.

Холодно не было, к слову, по ощущениям слегка ниже ноля, это когда ветер не в лицо. На третий день ветер заметно подутих, да и снег почти прекратился. Стало теплее, и когда я попробовал, надев снегоходы, погулять по окрестностям, здорово взмок.

Низины завалило так и вовсе по пояс: надуло с возвышенностей. Ветви елей вокруг отвисли под тяжестью навалившегося на них мокрого снега, который уже понемногу начинал подтаивать. А вообще пейзаж, если бы не горы, напоминал нашу среднюю полосу, тоже елки вокруг, да снегу по… по сие время.

И воздух. И тишина, разве что время от времени слышно, как под тяжестью снега ветки ломаются. А гулялось хорошо, прямо душой всю эту зимнюю благодать ощущаешь. И даже замеченные вороны не раздражали. А может, и не вороны это вовсе, а вороны? Здоровые больно.

Следов всякого зверья на снегу тоже хватало. Зверья, птиц, только вот распознавать эти следы я не умею. Когда же сел на поваленный ствол дерева, чтобы передохнуть, увидел, как на противоположную сторону неширокой долины вышел небольшой олень.

Красивый, рыжевато-серый, с чуть более светлым брюхом, маленькой головой, увенчанной небольшими рогами с тремя острыми концами, он встал как изваяние, время от времени чуть двигая головой. Потом немного подогнул заднюю ногу, вроде как собираясь шагнуть, но вновь замер, так и не опустив копыта на снег.

Я даже немного растерялся: вроде бы решил просто прогуляться, а тут добыча прямо на меня вышла. Вот пойди на охоту — точно бы никаких оленей не нашел, уверен. Потому что так работают законы природы.

Было до него метров сто пятьдесят, не больше. Не знаю, видел ли он меня, или ему было все равно, отвык от людей, но внимания на меня он не обращал никакого. Я аж дыхание затаил, потянув к плечу лежащий на коленях «ремингтон», попутно сползая вниз с бревна, чтобы можно было опереть руку с винтовкой на колено.

Олень повернул голову в мою сторону, но так и остался стоять недвижимо.

— Ты это, не шевелись давай, — прошептал я одними губами.

Спина уперлась в бревно, натянулись лямки рюкзака, снег осел под задницей. Левая рука зафиксировала трубу цевья на колене, получилось вполне устойчиво. В винтовку девятизарядный магазин вставлен, с пулей «Сильвер Тип» — как раз на такого зверя. Судьба.

В голову, с такой дистанции только в голову. Только вот дыхание не могу успокоить, что-то совсем разволновался.