Возле Тьмы. Чужой
Мир, почти погибший, но все же уцелевший, разделившийся на Свет и Тьму, Своих и Чужих, Добро и Зло. И человек, идущий сквозь этот мир в поисках любимой женщины. Готовый на все ради того, чтобы ее найти. Вот, в общем, и все.
Для того чтобы к нему попасть, надо было объехать его по периметру, но я, вооружившись кусачками, вырезал целое звено из сетчатого забора, отгораживавшего летное поле от дороги, и свернул туда, подключив передний привод и просто перевалившись джипом через дренажную канаву. Зашуршала прошлогодняя трава под днищем, затем машина выехала на взлетно-посадочную полосу с большими белыми цифрами «26».
— Есть контакт, — сказал я, вроде как отметив, что очередной этап пути закончился успешно. Доехал, так что теперь бы в самом аэропорту не нарваться на проблемы.
Аэропорт меня вдохновил с первого взгляда.
Джип доехал до самого конца полосы, где я с удивлением понял, что совсем небольшое полутораэтажное зданьице и есть основной терминал аэропорта.
Возле здания виднелась сооруженная наспех стойка с плакатом, который извещал, что на время объявленного карантина все полеты запрещены, а нарушители будут prosecuted, или против них будет использована deadly force.
Ну а где тут главный офис, или как это все называется? Мне бы ключи от ангаров поискать и хорошо бы список того, где что стоит… А вот здесь, в главном здании он и есть, наверное, на котором написано «Боулдер, Экзекьютив терминал». Ладно, проверим. Похоже, что мне все равно тут лагерем становиться, потому что так, чтобы «нашел и сразу полетел», не получится — это все же самолет, а не велосипед.
Джип, качнувшись на высокой подвеске, остановился у входа в терминал. Выбравшись из машины, я прихватил с собой дробовик, снял с предохранителя, потом прислушался, заодно вглядываясь в окна здания. Нет, там никакого движения, и звук только от ветра, разве что сухая трава шуршит.
Дверь оказалась не заперта. И мертвецами внутри не пахло. Офис, кафетерий, еще какие-то двери.















