Возле Тьмы. Чужой

Идея спать в гостиной не вдохновляла: хоть она здесь и маленькая, но окон в ней некоторый избыток. Выбрал детскую — меньшую из двух спален, задвинул мебелью окно в несколько слоев, чтобы ни внутрь не заглянуть было, ни вломиться без шума, а потом и дверь завалил. И только потом улегся на коротковатую и узкую детскую кровать, забравшись в новый спальный мешок. И дробовик под руку положил.

10

С утра было как-то совсем паршиво, словно палками ночью били. Поднял сам себя с постели за шиворот, заставил выпить горячего кофе и сесть в джип. Сил хватило найти в связке ключи и ими открыть еще два ряда боксов.

И в самом последнем во втором ряду, когда я уже решил махнуть рукой на еще один пропавший день и ехать в дом отлеживаться, удача улыбнулась. В боксе нашелся маленький самолет с забавной «головастой» кабиной, прозрачной с боков.

— «Эрпракт Эй двадцать два Эл Эс Фоксбэт»! — прочитал я вслух надпись на носу желтого самолетика. — А ничего так.

Реально самолет небольшой, такой, о каком мне и мечталось. Два кресла в кабине, сдвинутых тесно боками. Приборная панель ничуть не сложнее, чем у По-2, разве что экранчик навигационной системы добавлен.

Штурвал с рогульками. Покрышки на удивление большие, прямо автомобильные, можно, наверное, на любой грунт садиться. И кататься по нему как на машине, до кучи. Прямые, недлинные, но широкие крылья, тонкая балка хвоста, довольно высокий киль. В отличие от того «квиксильвера», что видел вчера, — металлический. Да, самый настоящий люминь кругом. Все. Ключ от него у меня есть. Документы… документы надо у продавца искать, получается.

— Вот и пошли искать, — погнал я сам себя.

Какой-то тормозной и задумчивый стал, проскочил мимо офиса продавца, доехал почти до дома и лишь там вспомнил, куда мне надо. Вернулся. Минут двадцать копался в шкафу, перебирая пластиковые папки, пока не нашел ту, что нужна. Пролистал, сравнил номера, тупо глядя в список, потом выматерился и вышел к машине, с наслаждением вдохнув пронесшийся над полем прохладный ветер. Все, домой, домой, что-то я совсем расклеился.

Дома попытался поесть, но не получилось: кусок в горло не лез. Напился чаю, пошел умыться и… увидел себя в зеркало.

— Приплыли, что ли? — спросил я, разглядывая сыпь красных мелких пятен на лице. — Четыре месяца же инкубационный, куда так скоро? И где мой иммунитет?

Вот так. Сколько там смертность? Девяносто процентов? А потом еще половинка на половинку, что психом стану?"

"Странно. Не страшно. Просто тоскливо как-то. А может, это из-за температуры у меня такая моральная тупость? А температура есть, это точно. Поискать градусник? В доме напротив наверняка найдется.