Возле Тьмы. Чужой

Чуть не сдох, — добавил я жалостливо.

— Точно пневмонией? — уточнил он с явным подозрением.

— Нет, не точно, я же не доктор, — пожал я плечами. — Много кашлял, болело в груди, неделю температура была… высокая, — споткнулся я на градусах. — Потом поднялся понемногу. Как поднялся, так и поехал искать людей.

— А почему не искал раньше?

— Не хотел. У меня там… дети остались, — сказал я, почувствовав себя при этом немного подлецом. Вот дети были не мои, а его, и как бы скорбеть за его счет для того, чтобы проскочить проверку… а с другой стороны, что еще мне остается?

— Понятно, — кивнул он, причем он явно все понял.

Ну да, странно было бы не понять. Сколько от бывшего населения осталось? Немного, похоже, судя по населенности штата Колорадо.

— Надо будет пройти проверку, — сказал он. — Так положено. Потом решай сам, куда дальше. Но пока надо сдать оружие и… — он повернулся и переглянулся с усатым военным. Тот показал два пальца. — И через два часа улетишь на базу. Нашу базу, в смысле. Если все нормально и ты тот, за кого себя выдаешь, то даже сюда можешь вернуться. Мы здесь будем долго. Кстати, что ты делал на аэродроме?

— Искал себе самолет по способностям, — решил я не врать.

При проверках вообще врать надо как можно меньше. А еще лучше совсем не врать, разве недоговаривать, потому что на вранье и ловятся.

— Ты пилот? — чуть оживился он.

— Любитель, из начинающих.

— Есть лицензия FAA? — сразу уточнил он.

Я вытащил из бумажника карточку с портретами братьев Райт и без всякой фотографии, протянул ему. Он приложил ее к правам, сравнил адреса, затем кивнул, явно не торопясь мне все это возвращать.

— Нам очень нужны пилоты, — сказал он неожиданно. — Даже такие, на одномоторниках.

Очень много работы для них, и мало кто может ее делать. После проверки предложу тебе работу. У тебя все здесь, в машине? — сменил он тему неожиданно.

Нет, у меня не все здесь, у меня куча всего в доме, надо бы забрать.

— Я вон там обосновался, — показал я рукой в конец полосы. — Надо взять сумки.

— Давай съездим, — сказал мой собеседник, протягивая руку за револьвером. — И лучше сам все оружие отдай, не надо ничего утаивать. После проверки все вернем.

Оружия меня вежливо, но твердо лишили. Я даже отдал маленький револьвер, решив не искушать судьбу, потому что надо было или не выходить к ним, или уж играть по их правилам.

В машину ко мне сел он сам и еще один военный, молодой, конопатый, невысокий, но очень плечистый. Он устроился на заднем сиденье, громко жуя резинку и распространяя запах ментола, а заодно и оружейной смазки, идущий от его автомата. Кстати, пластиковые части автоматов здесь были не черными, как в моей действительности, а во всем том же сером камуфляже. Хотя, может быть, в 2012 году в моем слое так же станет, черт его знает.