Все двадцать семь часов!

— Что?! — Я развернулась и во все глаза уставилась на шефа.

— Заниматься любовью мы не будем, но во всем остальном наше поведение не только на людях, но и дома не должно отходить от этой легенды.

— Макс, но мы и так ведем себя как любовники.

— Нет, мы просто позволяем людям думать то, что им хочется, подливая время от времени масла в огонь своим провокационным поведением. Теперь же я хочу, чтобы наши отношения стали более достоверными.

— Насколько?

— Очень достоверными, но без любовных игр.

Я нервно вздохнула:

— И зачем тебе это?

— Сама ширма? Для мамы. Она очень умная женщина, и простыми намеками ее не обманешь. Наш договор? Для того чтобы я не получил от тебя по физиономии, если захочу показать другим, что между нами больше, чем есть на самом деле.

— Макс, — нерешительно начала я. — Ты понимаешь, что это может создать проблемы между нами?

— Прилюдные ласки и объятия? Не думаю. Это, бесспорно, могло бы неправильно повлиять на незнакомую женщину. Но, Таисия, ты же знаешь меня много лет и не питаешь ко мне нежных чувств. Так что тебя это явно не взволнует.

Я открыла рот, чтобы сказать, что все не так, но закрыла его обратно. Макс уже стоял напротив меня, приподняв брови.

— Но… — начала я и опять замолчала.

— А в случае твоего согласия я вызову своего управляющего в город и придумаю ему нужную нам работу. Окажу тебе любую поддержку.

Я молчала.

— Думай, завтра мне нужен ответ.

Макс ушел, а я легла на кровать и вдохнула запах на покрывале, где только что лежал он. Всегда так делаю, когда на моих вещах остается его запах.

Нежно водя пальчиками по тому месту, на котором еще сохранился отпечаток его тела, я размышляла. Выдержу ли я то, что предложил Макс, или сорвусь и открою ему свои чувства? Смогу ли я удержать себя в узде или Макс обо всем догадается?"

"Прикрыв глаза, я вспомнила любовниц, которых он без сожаления выставлял за дверь. Какое будет унижение, если со мной случится такое! Наверное, я этого не переживу.

Но спустя мгновение перед внутренним взором встал мой друг, Лоренцо, задорно улыбающийся, но с глазами, полными боли.

Ну и пусть! Если узнает, значит, так тому и быть. А может, все и обойдется. Одно радует: он хочет избавиться от этой мымры. И раз это так, я ему помогу всем, чем только можно!

ГЛАВА 26

На следующий день я слетела вниз просто на крыльях и сразу наткнулась на шефа, который разговаривал с братом. Едва я приблизилась, как рука Лагфорта обвила мою талию.

— Доброе утро, солнце мое.

«Солнце», услышав такое обращение, приложила массу усилий, чтобы ее глаза не вылезли из орбит.

— Э-э-э-э-э…

— Не смущайся моих родственников. Мы же все семья, а среди родных не принято прятать отношения. — И, мгновение помолчав, поинтересовался: — Ты согласна?

Я знала, о чем он спрашивает.