Вся правда, вся ложь

— Ух ты, — услышала Димкин голос, а вскоре сам Димка появился в прихожей. Берсеньев опустил меня на банкетку возле вешалки, а он чертыхнулся. — С чего это ее так развезло? — спросил Димка, к счастью, обращаясь не ко мне, а к Берсеньеву.

— Три порции виски безо льда, два коньяка, текила и водка напоследок.

— Глазастый, — подала я голос. — Он мой ангел-хранитель, спас от незапланированного секса.

— Завтра тебе мало не покажется, — порадовал Димка.

— До завтра еще дожить надо…

— Если ты сегодня дежурный по квартире, принимай, — сказал Берсеньев Ломакину.

 — Ведро найди, лучше таз, и полотенце… Дура, мать твою, — заключил он и легонько пнул меня в верхнюю часть бедра. Зря, с банкетки я тут же свалилась.

Меня поволокли в комнату, на ходу стаскивая сапоги и пальто. А я пыталась отгадать, с какой такой стати Димка явился? Конечно, ему ничего не стоило прийти и без всякого повода, и все-таки это беспокоило. Надо завязывать оставлять ключ под ковриком. Не квартира, а проходной двор…

Димке знакомство со мной тоже вышло боком. Я была женой его отца, и он совершенно обоснованно винил меня в его смерти.

И даже грозился шею свернуть. А потом все пошло наперекосяк, и мы стали друзьями. Или не стали?

— Стас не убивал твоего отца, — пробормотала я.

— Умолкни, бестолочь, — влез Берсеньев. — Налицо все признаки белой горячки.

— А ты, гад…

— Умолкни, не то отправишься под холодный душ.

Я лежала на родном диване, обняв подушку, заботливо укрытая пледом, рядом кто-то двигался и гремел ведром, а я хихикала. Жизнь на мгновение показалась страшно забавной.

Среди ночи я проснулась, во рту пересохло, а еще очень хотелось в туалет.

Первую проблему я решила быстро: рядом с диваном прямо на полу стояла бутылка с минеральной водой, я выпила ее залпом, в туалет захотелось еще больше. Делать нечего, пришлось подниматься с дивана. В комнате горел ночник, и я смогла достигнуть двери, не набив себе шишки. В кухне кто-то разговаривал. Пробираясь к туалету, я увидела за столом Берсеньева в компании Димки, стол украшали бутылка коньяка, невесть откуда взявшаяся, шпроты в банке и соленые огурцы, подарок моей незабвенной соседки Дуськи, — все это нашлось в моем холодильнике. Мужчины были заняты разговором и поначалу внимания на меня не обратили.

До туалета я добралась, закрыть дверь не потрудилась и оттого разговор слышала. Солировал Димка:

— Знаешь, сколько раз я хотел ей башку свернуть? Просто мечтал об этом, планы строил… а потом… потом понял… и так, знаешь, по сердцу резануло от жалости к ней… она же… это все равно что ежика обидеть.

— Ежики симпатичные, — согласно кивнул Берсеньев.

Стало ясно, эти двое успели набраться не хуже меня, если их на ежиков потянуло.