Вся правда, вся ложь

Выйдя из туалета, я прошлепала в кухню, привалилась к дверному косяку и сказала:

— Да, блин… — собственно, только на это я и сказалась способна.

— Фенька, — заголосил Димка. — Выпьешь с нами? Серега классный парень…

— Он не Серега, — буркнула я. — Он черт знает кто. А вы не могли бы пить в другом месте?

Тут меня шатнуло, Берсеньев успел подхватить меня и определил на стул. Невиданной твердости мужчина, даже во хмелю на ногах устоит. Димка пододвинул мне стакан.

— Выпьешь? — спросил ласково.

— Давай. Все равно страдать.

Чем закончились посиделки на моей кухне, начисто стерлось из памяти.

В себя я пришла в десять утра в приятном одиночестве. На полу еще одна бутылка минералки и горсть таблеток в блюдечке. Я тут же сунула их в рот и запила водой. Не полегчало.

В кухне царил образцовый порядок. Никаких следов ночной пьянки, даже запах сигарет почти выветрился, створка окна распахнута настежь.

— Ой, как нехорошо, — простонала я, имея в виду свою многострадальную голову. Забралась в ванну, включив холодный душ. Зубы клацали, в мозгах не прояснялось.

Тут начали трезвонить телефоны, сначала домашний, потом мобильный.

К пятому по счету звонку я успела покинуть ванную. Звонила Агатка.

— У меня сейчас Димка был, — начала она без предисловий. — Глаза стеклянные, и перегаром за версту прет. Сказал, что ты заболела и на работу идти не можешь. А на крыльце Берсеньев стоял, явно тяготясь прямохождением, держался за перила, чтоб с лестницы на заднице не съехать. Все новые и новые грани открываются в человеке.

— Он алкоголик-тихушник и тебе не пара.

— С тобой-то что? Какая хвороба тебя скрутила? Или она у вас одна на троих?

— К обеду буду на работе, — буркнула я и добавила с сомнением: — Может быть…

— Где вас черт свел? Я не ваш с Берсеньевым дуэт имею в виду, а трио…

— Я не готова сейчас ответить на этот вопрос, — честно призналась я.

"

"— На работу можешь не спешить, тебя тут все равно никто не ждет.

Она отключилась, а я побрела к дивану.

На работу я в тот день, конечно, не пошла. Выбиралась в кухню, чтобы воды попить, пытаясь унять разбушевавшийся желудок. Зато и черных мыслей не наблюдалось, если честно, всех остальных тоже. Я рассчитывала, что диван мне покинуть сегодня так и не придется и дневной сон плавно перетечет в ночной, однако судьба рассудила иначе.

Сначала позвонил Димка.

— Ты как? — спросил хрипло, в голосе страдание. Крепла уверенность, что ему сейчас ничуть не лучше, чем мне.

— Нормально, — соврала я, лишь бы от него отвязаться.

— Берсеньев, кстати, отличный мужик. Правду говорят, пока с человеком не выпьешь, как следует его не узнаешь. Раньше он мне казался мутным типом с манией величия. А теперь…

— Вот и любите друг друга, — посоветовала я.

— Кончай, — обиделся Димка.