Вся правда, вся ложь

— Он в тебя влюблен, — хмыкнул Сергей Львович. — Хотя, может, сам об этом не догадывается. Вот и мечется, не зная, как поступить. Стаса он поклялся пристрелить, но, подозреваю, делать этого ему уже не хочется, потому что ты, ясное дело, такого не простишь, следовательно, не видать ему тебя как своих ушей. Нарушить данное слово парню вроде Ломакина нелегко, но он бы и это пережил. При одном условии: Стасу ты не достанешься.

— Это он тебе поведал?

— Сам догадался. Я вообще-то сообразительный. Да и грех не догадаться, история-то банальная. И нет ничего нового под солнцем, — скорбно процитировал он.

 — В общем, Димку очень беспокоит развитие ваших отношений. Думаю, вчера он прибежал, чтобы разведать обстановку: знаешь ли ты, что Стас в городе, и…

— Стас в городе? — резко спросила я. В ребрах что-то судорожно затрепыхалось, точно огромная птица рвалась наружу.

— Водички принести? — заботливо спросил Берсеньев. — Значит, ты не знала, — кивнул он. — Димку бы это порадовало.

— Заткнись. Стас в городе?

— В какой последовательности я должен действовать: заткнуться или сначала ответить, а заткнуться уже потом?

— Когда он приехал? — помолчав, спросила я.

— Да уже недели две…

— Вот как… — Я облизнула губы.

— Хватим по стакашке? Авось полегчает… Прелесть моя, тебе уже давно пора определиться. Вроде ты и Стаса, и свою любовь к нему на два метра вглубь закопала и памятник поставила. Но ты ведь этот памятник слезами обливаешь, каждый день таскаясь к нему с цветами. Где логика, спрашиваю я? Впрочем, вопрос не по адресу. Какая логика, если ты дите неразумное.

— Развелось, блин, умников… ты бы свои проблемы решал.

— Мои проблемы от меня никуда не убегут…

— Он приехал из-за наследства, а вовсе не из-за меня… — Вот уж нашла с кем умными мыслями делиться.

— Ага, — кивнул Берсеньев. — Наследство у него впечатляющее, пригляда требует, кто-то должен встать у руля… Но, сдается мне, тянет его сюда по другой причине. И зовут причину Фенька. Случаем, не знаешь такую?

— Отстань ты от меня…

— Я вел себя образцово и о Стасе помалкивал. Пока Димка не нарисовался.

— Все равно помолчи…

— Ладно. Расследование тебя еще интересует или все мысли теперь о любимом Стасе?

— Пойду-ка я домой, всем привет, и до следующих праздников.

 — Я поднялась и направилась к двери, слыша, как Берсеньев посмеивается мне вслед.

Пока шла к машине, пару раз споткнулась, потому что ничего вокруг не видела. Прав, прав Сергей Львович, стоило мне услышать о Стасе, и все остальное уже по фигу. О памятнике он загнул витиевато, но, в общем-то, верно. Еще вчера я в Питер рвалась в надежде хотя бы издали увидеть Стаса, а узнала, что он здесь, и испугалась, хотя теперь смотри не хочу.