Вся правда, вся ложь

Арсалан сидел, уткнувшись в пиалу, брат сказал что-то резкое, он вскинул голову, посмотрел куда-то поверх моего плеча.

— Он видел машину, — буркнул старший. — В лесу. Листья вывозил на тачке и видел. Недалеко от дороги стояла, за кустами.

— В машине кто-то был?

— Нет.

— А что за машина, сказать может?

— Старые «Жигули» белого цвета. «Шестерка». У нашего соседа когда-то была такая.

— В котором часу он видел машину?

На этот раз Арсалан ответил, брат быстро перевел:

— Около десяти, в это время машина за мусором приезжает, он тачку вывез, а потом направился к контейнерам, чтобы там порядок навести.

Начальница очень строго за этим следит, чтобы ни одной бумажки не осталось. Затем подмел парковку возле бассейна и отправился к себе.

Мы с Берсеньевым быстро переглянулись.

— Машину в тот день больше не видел?

— Нет.

— А раньше?

— Один раз, тоже утром. За неделю до убийства. Стояла в лесу, только чуть дальше.

— И в машине никого не было?

— Не видел. Близко не подходил. Там дорога, машины редко, но ездят.

— Номер не запомнил?

— На номера он не смотрел.

— Он рассказал это следователю?

На этот раз за младшего ответил Исфандер:

— Нет.

— Почему?

— Сначала растерялся, про машину забыл.

— А потом?

— Потом не захотел. Испугался.

— Чего испугался? — не поняла я.

— Испугался, что опять будут допрашивать. Когда соседи про него ментам рассказали и они явились в его комнату, под подушкой нашли платок той женщины. Муж его узнал. Его подарок…

— А как платок к нему попал? — спросил Берсеньев.

— Украл, — нахмурился старший. — Давно, еще когда только работать начал. Женщина сушила белье на участке, он не удержался, взял платок. Она вроде бы не заметила пропажи, по крайней мере никому не жаловалась.

Жениться ему надо, — добавил Саша и сурово взглянул на младшего.

— То есть женщина ему нравилась, и он взял платок на память.

— Украл, — отрезал брат. — Дурак. Из-за этого платка ему и досталось. Не из-за платка, конечно, из-за глупости. Он должен был работать, а не воровать. Теперь будет знать.

— А что за история с курткой?

— Потерял. Боялся сказать. В своей куртке ходил. Рабочую куртку нашли за забором, всю в крови. Кровь той женщины…

— Вам надо рассказать следователю об этой машине, — вздохнула я.

— Он не пойдет. Боится. Я тоже не пойду. Я машину не видел. Была машина, не было машины… если номер не помнишь, какой от этого толк? Он хочет помочь, — добавил старший тихо, — но боится. Сюда идти не хотел. Еле уговорил.

— Ему нравилась женщина, и он за ней наблюдал, — заговорил Берсеньев. — Наверняка видел, приезжал ли к ней кто-то в отсутствие мужа? Женщины, мужчины…

— Женщины были, да. Но редко. Она часто утром сама уезжала. Всегда ему рукой махнет, если мимо едет… Мужчин не видел никогда. Она была хорошей женой.