Вся правда, вся ложь

При взгляде на заведение изнутри, я решила, что для встречи его выбрал вовсе не Сергей Львович, хотя Агатка и утверждала, что он весьма демократичен, но не до такой же степени… В общем, это была третьесортная забегаловка с грязными разводами на полу и звероватого вида мужиками по углам. Берсеньев кивнул мне и сказал:

— Они сейчас подъедут. — Они, надо полагать, — это дворник и его брат. Так и оказалось.

Берсеньев успел заказать мне кофе, к которому я так и не притронулась, а вскоре возле нашего столика появились двое мужчин. Один коренастый, невысокий, лет тридцати трех, с приятным лицом, одет прилично.

Второй на голову выше и лет на десять моложе. Особого сходства между ними не наблюдаюсь. Молодой был в спортивных штанах и куртке с чужого плеча. На голове вязаная шапка, которую он снял и теперь вертел в руках.

— Милости просим, — кивнул Берсеньев, указав на лавку, стоявшую по другую сторону стола. — Пиво?

— Нет. Чай, — сказал старший. — Здесь хороший чай, настоящий. Девушку как звать?

— Ефимия, — поведал за меня Берсеньев.

— Она к хозяйке приходила? — ответа на свой вопрос он не ждал.

Подозвал официанта, сказал ему что-то на родном языке, и вскоре нам принесли пузатый чайник с голубым рисунком и четыре пиалы."

"— Угощайтесь, — предложил старший, младший, ни на кого не глядя, придвинул к себе пиалу, низко опустив голову. Освещение здесь оставляло желать лучшего, но и его хватило, чтобы разглядеть свежие рубцы на его лице, один на лбу, другой на переносице. Берсеньев на них тоже обратил внимание.

— Менты постарались? — кивнул он в сторону младшего.

— Сам виноват. Молодой еще, дурак.

Старший Ташмухамедов говорил почти без акцента, младший продолжал молчать, понял он что-нибудь из нашего разговора или нет, осталось загадкой.

К тому моменту стало ясно: иметь дело нам придется со старшим братом. К нему я и обратилась:

— Как ваше имя?

— Исфандер. Зовите Сашей, я привык.

— Госпожа Климова сказала мне, что убитая… как бы это выразиться помягче… любила отдыхать на веранде в одном купальнике, зная, что на нее смотрят.

Младший, его имя я знала — Арсалан, вскинул голову и быстро заговорил, значит, мои слова понял. Саша переводил:

— Он сказал, она хорошая женщина, хорошая жена… Он подглядывал, да, но она об этом не знала.

Хорошо к нему относилась, всегда здоровалась, если встречала его в поселке. Добрая была, улыбалась.

— Зачем он к веранде подошел? — задал вопрос Берсеньев.

— Хотел ее увидеть. Думал, она не заметит. И раньше подходил. Раза два. Она ему нравилась. Но она не знала, что он подглядывает.

— В то утро он никого не заметил рядом с домом?

Саша помолчал, не дождавшись ответа, перевел вопрос, но ответа и тогда не получил.