Всполохи на камне (СИ)

Некоторые одноклассники пытались найти во мне безопасный объект для насмешек, но быстро были разочарованы, что я не спасовала, и отстали. Некоторые даже пытались со мной подружиться потом.

И вот, через столько лет, тот опыт мне пригодился. За столом было очень страшно и неуютно, но отец был рядом и это немного сняло напряжение. Я впервые переживала такое — защиту отца, хотя он тоже растерялся в какой-то момент, но мы были заодно, вместе. Странное и непривычное ощущение, что рядом есть отец, который готов мне помочь.

— Лия, ты как себя чувствуешь? — отец встревоженно взял меня за руку.

Я словно очнулась и вздрогнула от неожиданности.

— Все хорошо. — стараюсь улыбаться естественно.

Мы едем домой и тишина в салоне затянулась, поэтому отец решил, что я расстроена. Он отвел взгляд от дороги и быстро, но внимательно посмотрел на меня.

— Петр вел себя не очень вежливо. — отец вздохнул. — Он всегда был прямолинеен, даже жестковат, но близкие давно привыкли к этой его маске.

— Я не близкий для него человек, но это не повод для оскорбления. — смотрю на отца. — И что значит «его маска»?

— Лия, он для меня всегда был сыном, я воспитывал его с младенчества. Сейчас мне известно, что в нем нет моих генов, но острота ума и деловая хватка перешли ему от меня, — Петровский тихо засмеялся, — минуя ДНК. Я любил и люблю Петра, как сына, этого тоже не изменить. Мне нужно будет рассказать тебе подробно, что случилось, так ты лучше поймёшь Петра. А мне важно, чтобы вы смогли наладить отношения.

— Для чего мне нужно ладить с ним? Мы часто будем ездить к нему в гости? — я плохо понимала логику отца.

Он остановился на светофоре, где ждать зелёного сигнала больше минуты, поэтому спокойно повернулся ко мне.

— Вы будете вместе работать.

Я в шоке уставилась на Петровского.

— Да, Лия, мне кажется вам нужно найти общий язык, а работа способствует этому, вы больше времени будете проводить рядом и сможете лучше друг друга узнать.

Светофор мигнул жёлтым и открыл путь потоку машин. Отец вновь сосредоточил внимание на сложном участке дороги.

Значит работать вместе. Вот это сюрприз. И очень неприятный. Мне от одной мысли, что придется ежедневно общаться с этим…с этим… Даже слов подобрать не могу! Я долго не смогу пребывать в постоянном напряжении и страхе, а именно эти чувства были основными, когда Пётр был рядом.

Хотя… Если быть честной, то были и другие ощущения, но объяснить их не могу пока. Пётр был подавляюще мужественным. Да, именно так и можно описать его. Даже в инвалидном кресле он производил неизгладимое впечатление шириной плеч, голубизной глаз, он просто источал ауру превосходства и уверенности в себе.