Выбирай сердцем

Я, включив хозяйку, загремела блюдцами и чашками, поставила на плиту чайник, кинув вновь прибывшему через плечо:

– Принеси себе из зала стул, не стой.

Жеглов вышел, а Тата тут же затараторила:

– Сенька, как так?! Почему он тут?

– Мы живём в одном подъезде и к химии у меня готовимся. – Надеюсь, такое объяснение её устроило. Я честно не понимала, зачем ещё, кроме химии, он может ко мне припереться."

"Жеглов вернулся в кухню со стулом, и Тате пришлось повременить с вопросами. Парень устроился между нами, отодвинув стул немного дальше от подоконника, потому что втроём мы за ним не вмещались. Длинными руками он легко дотягивался до тарелки с пирожными («Идите, сладенькие, к папочке!»), численность которых быстро сокращалась. Краем глаза я видела, в каком Тата шоке от его поведения и от того, как спокойно мы с Жегловым общаемся. На самом деле я была как натянутая струна, боясь, что Самурай ляпнет что-нибудь не то. Хотя у нас же договор, а в нём пункт о неразглашении. Кто его знает… С Беловым же не прокатило. Из-за волнения мои глаза бегали, руки слегка подрагивали. От разоблачения спасло то, что подруга больше внимания теперь уделяла Самураю, а не мне.

– Где эклеры брала? – спросил меня Жеглов с набитым ртом.

– В угловом, на Октябрьской.

– Невкусные. В кондитерской на проспекте лучше, – вынес он свой вердикт.

– Судя по тому, как ты их лопаешь, точно невкусные, – парировала я.

Слово за слово, шутка на шутку, и вот в нашей беседе уже трое. Тата окончательно пришла в себя и, активно жестикулируя, рассказала очередную хохму из школьной жизни. Жеглов на удивление внимательно её слушал, громко смеясь и вставляя смачные комментарии в нужных местах. И теперь я удивлялась, как быстро они сошлись: та, которая боялась его взгляда с самой началки, и тот, который считался неприступным королем школы. Так здорово было на душе от их улыбок, счастливых лиц. Мне захотелось ещё больше узнать их обоих, стать ближе, сдружиться, чтоб как в мамином любимом сериале «Друзья»: пить чай или кофе, пусть не в кофейне, а здесь, на моей кухне, весело болтать, шутить и знать, что наша дружба на долгие годы. Устала я быть одиночкой, хочу разговоров по душам, долгих прогулок в шумной компании. Хочу знать, что у меня есть человек, которому можно позвонить хоть в два часа ночи, не важно, с радости или тоски, и мне ответят. Хотя насчёт Самурая и ночных звонков, я, конечно, погорячилась. Этот спросонья пошлёт и глазом не моргнёт. Но Татка, она всё-таки классная!

– Калинина, а ты не такая недалёкая зануда, как я думал.

Если я правильно поняла, это король таким образом симпатию выразил.

– Жеглов, а ты не такой уж пугающий и высокомерный сноб, как я думала.

И снова смех заполнил стены моей маленькой кухни.