Выбирай сердцем

Неужели мама не заметила в тот день блеск его глаз при виде неё? А как же великий слоган женской мести «Смотри, от чего ты отказался!»?"

"– Мам, что это за наряд? – Мне срочно нужно было понять эти сложные правила взрослой жизни.

– А что не так? – удивлённо спросила мама, расчёсывая свои шикарные волосы. Надо же, и косметики на её лице минимум! – Удобно, стильно…

– Ну как-то… слишком просто.

– Не считаю, что есть повод на что-то более сложное.

А, вот оно как! Сегодняшним вечером Анна Александровна решила показать, что не для кого выглядеть шикарно, Серёжа Керн больше не стоит её усилий. В прошлый раз – да, она старалась, так ведь для встречи с заказчиком, а с бывшим мужем увиделась случайно. Хотя почему я опять берусь судить и давать оценку маминым поступкам? Может, она действительно уже отпустила эту ситуацию с отцом? Но ведь никуда не делись её грустные глаза и тихие вздохи, которые, мама думала, я не замечала. Я кивнула её отражению в зеркале, дескать, согласна, повод так себе. Оставалось надеяться, что эта сильная женщина сможет продержаться в своём напускном равнодушии до конца вечера и отец не раскусит её слишком быстро. Для контраста с мамой мне пришлось надевать юбку, и выбор мой пал на длинную плиссированную, из тонкой шерсти цвета «верблюд» (называемый в модных журналах «кэмел») и белый свитер оверсайз с высоким горлом, вполне подходящий комплект для промозглой осени. Оценивая мой выбор, мама скептически заметила:

– Мы же не на улице сидеть собираемся. В ресторанах есть отопление.

Пусть отопление, но мне захотелось. Пора было выходить из детства и пробовать новые образы.

– Мам, согласись, мне идёт, – крутилась я перед зеркалом, – выгляжу как девушка.

– Не знала, что у кого-то возникали сомнения на этот счёт, – усмехнулась она и, увидев мои поджатые губы, примирительно добавила: – Сень, тебе всё идёт.

– Вот не надо теперь, – я решила поиграть в обиду, – знаю я твоё «подлецу всё к лицу».

К нашему приходу отец был уже на месте, ждал возле стойки администратора. Коротко кивнув в знак приветствия, он сам повёл нас к столику в глубине зала, подальше от музыки и шумных компаний. Официант, замыкавший шествие, раздал всем меню, как только мы расселись, и растворился в полумраке зала. Отец, даже не взглянув, отложил его в сторону и пристально посмотрел на меня:

– Мне нужно знать повод сегодняшнего собрания. От этого зависит, что я буду заказывать.

Увидев, что мама тоже смотрит на меня настороженно, я поняла, что с интригами пора заканчивать.

– Я собираюсь поступать на переводчика или любую другую специальность, связанную с английским.

– Английский?! – спросили они хором.