Выдыхая боль

— Она сама мне сказала, — нервно сглотнув, пояснила я.

— На кой чёрт ей понадобилось делиться, да ещё и с тобой?

Чую обороты растут, и этот разговор может легко превратиться в скандал. Олег возмущён и не без оснований, если на ситуацию взглянуть с его стороны, то получается, я знала, что на корпоративе его ждёт скользкий момент и не предупредила. Избежать ссоры, наверное, ещё можно, как-нибудь выкрутиться с помощью вранья.

— Яна не совсем делилась, она разрешение спрашивала, — опустив взгляд в пол, решила сказать пусть и нелицеприятную, но правду. Правда ведь всегда на поверхность всплывает и, как правило, в самый неподходящий момент и бабахает в пять раз сильнее, чем если бы она вскрылась сразу. — Видимо, мы не так хорошо скрывались, как думали. Слухи о нас ходят. Вот Яна и спросила кто мы друг другу и не против ли я, если она на празднике проявит к тебе симпатию.

— Вот мне очень любопытно, что же ты ответила? — Олег уже не утруждал себя скрывать злость и рычал так, как умеет только он.

— Сказала, что мы только родственники.

Горский резко вздохнул, словно в помещении вдруг закончился кислород.

— Кира, я для тебя совсем пустое место, да? — ещё ни разу до этого в голосе Олега не звучало столько горечи и отчаяния.

— Нет, — не раздумывая, выпалила я.

И в эту же секунду, осознав, что есть вероятность, вот прямо сейчас потерять Горского навсегда, поняла, что не хочу и не могу жить без него, а все сомнения нашёптывала мне обида.

— А кто тогда? — задал он вопрос, но продолжив говорить, ответить не дал. — Каждый день ты меня прогоняешь, каждую секунду мне приходится быть начеку, чтобы сразу на корню задавить разговор на тему: «Это не правильно нам нужно расстаться». Мне кажется, что бьюсь головой о непробиваемую стену.

— Олег, дай я объясню.

— Нет, не сейчас. Мне нужно время переварить, — Горский поставил бокал на ближайший столик. — Кира, прости, но я не смогу тебя домой проводить, это сделает мой водитель.

Три раза я окрикивала Олега, но он, не обернувшись, всё же ушёл.

— Смотрю, штормит в вашем раю, — услышала я голос бывшего мужа, а оглянувшись за спину, увидела его самого.

— Отлично выглядишь, — сделала я Виктору объективно честный комплемент. — Но если пришёл злорадствовать, проходи мимо.

Виктор, несмотря на мои слова, всё же подошёл и даже заменил мой полупустой бокал на полный.

— Кира, ты единственная женщина, которую я когда-либо любил и так к сведенью продолжаю любить. Да, я не герой твоего романа, и эта огромная боль. Но, как бы там ни было, кроме добра ни чего другого я тебе не желаю. Так что, хорошая моя, спрячь зубки.

Что-что, а Виктору всегда удавалось подобрать нужные слова и найти ко мне подход, вот и сейчас невольно улыбнулась.