Выжившая из Ходо

Тонми неспешно отряхнул широкие ладони и сложил пальцы, начиная одно из плетений земли. Напротив них Ильрем с гаденькой ухмылкой разжал пальцы, и я увидела, что опустошенный артефакт на его шее начинает снова заряжаться.

Из-за чего они сцепились? Ясно одно: наших бьют, причем весьма подло. С тем, что не поделили парни, разбираться будем после. Сейчас нельзя терять время.

Я сунула окарину за пазуху и резко бросилась вперед, соединяя ладони. На ходу выдохнула резкое «Кхи» и упала на живот, уворачиваясь от заклинания Ильрема. А затем ударила кулаком по земле, стараясь вложить в заклинание как можно больше силы. Юному герцогу пришлось отпрыгнуть в сторону, потому что тренировочную площадку расколола длинная трещина. Только этого я и ждала.

Тело Шияссы еще работало плохо по моим меркам, но задумка удалась. Я прыгнула вперед, вытянув руку, и резким движением оборвала одну из линий силы артефакта. Теперь он не сможет так быстро зарядиться.

И, само собой, поплатилась за это тут же. Ильрем использовал какое-то из заклинаний воздуха, и меня отшвырнуло прочь, как пушинку. Удар о землю вышиб из меня дух. Пока я пыталась соскрести себя с песка и отдышаться, Винсент встал перед Ильремом и сказал:

– Что тут происходит? Использование артефактов на территории академии запрещено.

Юный герцог зло ответил:

– Я пользовался им только для защиты. Твой приятель первым полез на меня, Файпер.

– Ты оскорбил его род, – напомнил Ястер.

– Уйдите с дороги, – прорычал Шон. – Эта безделушка не помешает мне разобраться с ним.

Духи предков, что этот герцогский сынок такого сказал, что Шон взбесился? Нужно было их остановить, но болело все тело. Я медленно поднялась и невольно нащупала за пазухой окарину – цела. Эта игрушка невероятно прочная, или Тьен позаботился о сохранности своего подарка? Скорее последнее. Я стиснула зубы и шагнула вперед. И в этот момент на песок тренировочной площадки шагнул господин Вальш. Он одернул воротник белой рубашки и сурово оглядел нас:

– Что здесь происходит?

Ильрем тут же указал в сторону Шоннерта и, не моргнув глазом, заявил:

– Они напали на меня вдвоем. Мне пришлось использовать артефакт для защиты.

– Ты оскорбил его род, – снова напомнил Ястер."

"– Ничего подобного, – открестился Ильрем. – Он врет. Ребята подтвердят.

После этого он развернулся к троице наших однокурсников и спросил:

– Верно?

Юноши интенсивно закивали. Я наконец смогла повиснуть на здоровой руке брата и, заглядывая ему в глаза, прошептать:

– Успокойся, пожалуйста, Шон.

Ястер положил руку ему на другое плечо и забормотал:

– Это учитель, Ильрем – герцог, ты ничего не можешь сделать, ты пугаешь Шияссу…

Кажется, только последнее и остановило юношу. Шон молча привлек меня к себе здоровой рукой.