За короля и отечество

Как ей не хватало сейчас крепкого объятия Лота Льюддока! Она сама понимала наивность этого желания: ведь даже его руки не остановили бы стоявшей на пороге войны, и все же как спокойно ей было рядом с ним! Да и принимать решения по Гэлуидделу или Айнис-Меноу было ей куда как проще при его жизни…

Раньше она жила, зная, что ей есть на кого опереться — на человека, как и она, знакомого с лежащей на плечах правителя ответственностью, с необходимостью принимать порой жесткие решения, причинять кому-то боль, защищая его от большей угрозы. Теперь, когда Лот Льюддок погиб, а Арториус спешил на юг, на войну, захватив с собою Анцелотиса, у Морганы не осталось никого, с кем она могла бы поделиться бременем ответственности, кто мог бы утешить ее, кто хотя бы шепнул ей на ухо: «Все образуется, вот увидишь!.

Может, она заблуждается, ища союза с Далриадой?

Ирландские захватчики уже не раз наносили удар по Гэлуидделу, сотнями высаживаясь с кораблей, но пока катафрактам Морганы удавалось оттеснять их на север, на менее защищенные земли пиктов. Уж не подписывает ли она Гэлуидделу смертный приговор, отдавая его Медройту, а вместе с ним ирландским федератам? Она так и не нашла ответа на этот вопрос, когда в церковь вошел со стороны алтаря местный священник, застывший от неожиданности при виде рыдающей коленопреклоненной фигуры.

— Давно ли ты, дитя мое, плачешь здесь в темноте и одиночестве? — пробормотал он, опомнившись.

Она мотнула головой, не в силах говорить.

Он опустился рядом с ней на колени, отвел мокрые от слез волосы с лица, согрел ее руки своими и укачал, как малое дитя, не мешая выплакаться у него на плече. В конце концов, когда основная буря эмоций унялась, она просто прижалась к нему, по-детски ощутив себя снова в безопасности.

— Мы слышали, что случилось неделю назад, — прошептал он. — И про смерть Лота Льюддока, и про созыв совета. Знай, королева Моргана, мы скорбим вместе с тобой.

Она нашла в себе силы смахнуть слезы со щек.

— Я благодарна за это.

— Чем можем мы, в Кэр-Гретне, помочь тебе?

К удивлению своему она смогла даже улыбнуться.

— Вы уже помогли. — Она вздохнула и села, взяв себя в руки. — Неудачное время года для неотложных дел, но нам нужно укрепить все крепости Гэлуиддела. Наша обязанность удерживать северные и западные границы, пока на юге разгорается война.

— Опять саксы?

— Ага. Сассекс и Уэссекс, действующие сообща. Слышали новости из Пенрита?

— Слышали, — кивнул священник. — Богом проклятые язычники, вот они кто, королева. Но Кэр-Гретну им так просто не взять.

— Надеюсь, и другие британские деревни тоже, — кивнула она. — Повсюду разослали гонцов, чтобы народ оставил убирать урожай и рыбачить детей, а взрослых мужчин и женщин ждет работа тяжелее: укреплять каменные стены и ковать оружие.