За короля и отечество

Он сказал, поутру вчера они увидали тучи воронья, тысячи и тысячи, и ветер принес вонь трупную. Он сказал, его хозяин поехал в Дунадд и увидел… — Голос у Клири дрогнул. — Весь город умирал — все до одного. Люди корчились, их рвало, парализовывало… Это, должно быть, поветрие какое ужасное, или… или… — Он бросил перепуганный взгляд на Риону Дамгнейт, лицо которой сделалось пепельно-серым, — или какая-то страшная отрава. Все до одного, королева, повсюду — от королевского дворца в крепости и до самой жалкой рыбацкой лачуги.

Хозяин парня, он пообещал свободу не только ему, но и всей его семье, если тот сумеет доскакать до британских земель и передать эту весть королю Даллану мак Далриаде.

 — Клири уже плакал и не замечал этого. — Аббат наш, отец Ойлифф, боится, что это измена. Саксонские козни. И ведь никто из нас этого Лайлокена не знает толком. С чего это он ускакал так поспешно темной ночью — как раз перед тем, как вести из Дунадда пришли? Вот аббат и послал меня за вами да за леди Рионой, покуда сам сходит за королем Медройтом и королевой Килин.

Моргане сделалось дурно, особенно от того совершенного ужаса, в который пришла Бренна МакИген. Выражение глаз Рионы было слишком хорошо знакомо Бренне: такой взгляд она видела у людей, на которых свалилось слишком много ужаса, чтобы мозг мог осознать размеры несчастья."

"— Что, король Даллан отплыл уже? — прошептала Моргана, моля Бога, чтобы это было не так.

— Отплыл. Я первым делом побежал на берег, чтоб остановить его. А он, оказывается, попрощался уже с королевой Килин. Сказал, боится опоздать с отливом.

У Бренны перед глазами вдруг нарисовались до боли отчетливые картины: Лайлокен протягивает ирландскому королю бочонок с вином… Выражение глаз Лайлокена, когда отец Ойлифф настоял, чтобы вместо того вина выпили вино для причастия. Черт, вино было отравлено — теперь-то она поняла это совершенно отчетливо, но слишком поздно. Лайлокен — вот в кого, должно быть, вселился Седрик Беннинг. Другого объяснения его поспешному отъезду она не находила — и массовому уничтожению всего населения далриаданской столицы тоже.

Но как ему это удалось? Оружие массового уничтожения давно уже стало орудием террора — уж это Бренна знала слишком хорошо, — но как Беннинг заполучил его в шестом веке? Нервно-паралитические или хотя бы горчичный газы требовали химического оборудования, которого Беннинг бы здесь и сейчас не нашел. Она попыталась сосредоточиться на симптомах — может, хоть это подсказало бы ей, какой яд он использовал. Моргана, впрочем, в ядах худо-бедно разбиралась.

Ведьмин корень… предположила она.