За короля и отечество

 — Именем Бригантии, что Ковианна Ним делает в Годдодине? Ей положено быть дома, в Глестеннинг-Торе, а уж оттуда ближе до Кэр-Лундейна, чем отсюда до Фирт-ов-Форта! От ее Глестеннинг-Тора до Кэр-Удей никак не меньше четырех сотен миль!

Медройт кивнул; даже в тусклом свете лампады было видно, как он бледен.

— Принц Креода из Уэссекса просил настоятеля аббатства в Глестеннинге послать весточку Арториусу с просьбой о встрече в Кэрлойле, на которой он, Креода и принц Кута из Сассекса могли бы обсудить жизненно важные проблемы будущего Британии. Вот почему Арториус выехал в Годдодин за день до нас, пытаясь добраться до Лота и Анцелотиса прежде, чем Кута с Креодой появятся в Рейгеде. Он созывает совет королей севера. Вот Ковианна Ним и поехала на север — чтобы передать ему это известие. И на том, чтобы заехать в Годдодин, настояла. Она, — добавил он, и щеки его чуть порозовели, — и королева Ганхумара. Они обе здесь.

И не удивлюсь, если обе готовы выцарапать друг дружке глаза, беззвучно фыркнула Моргана, явно не желая делиться этой своей точкой зрения с юным племянником.

— Так, значит, это Ковианна Ним решила врачевать раны Анцелотиса?

Медройт кивнул.

— Она ведь училась, тетя, у себя в Глестеннинг-Торе… Ну конечно, это не то, чему научились вы у Девяти Владычиц Айнис-Меноу…

Моргана опустила ноги с кровати и шарила ими по полу в поисках мягких кожаных туфель.

— Учиться у Девяти Владычиц Айнис-Меноу, милый племянник, может даже крыса, но если язычок этой крысы не умеет говорить по-человечьи, а ее маленькие ушки не внемлют человечьего разума, все ее обучение сведется к девяти годам бесполезного бормотания в ее присутствии, а к исходу этих девяти лет мы получим всего только заболтанную до полусмерти, седую и никому не нужную крысу.

Медройт изумленно выпучил глаза, поперхнулся, но благоразумно — с учетом настроения своей тетки — промолчал. Моргана накинула плащ — в помещении было довольно-таки прохладно.

— Пойми меня правильно, мальчик. И подай-ка мне мою суму — вон из тех вещей. — Она мотнула головой в сторону груды холщовых и кожаных мешков и сумок; Бренна только сейчас обратила на нее внимание. — Я вовсе не ненавижу эту девицу, я даже не так уж плохо к ней отношусь — пусть она даже не уступает змее в мастерстве сплетать слова. Просто час поздний, и вести ужасны, а то, что предстоит еще сделать нынче ночью, может оказаться еще хуже. Бессонная ночь мне предстоит наверняка, а у Ковианны Ним просто нет тех знаний, что есть у меня. Ну конечно, она может вынуть занозу из благословенной задницы какого-нибудь монаха…

Медройт крепко сжал губы и почти удержался от смеха. Моргана едва заметно улыбнулась.