За Тихим Доном (СИ)
Вернувшись из армии Роман узнаёт, что его любимая девушка выходит замуж за другого. Оставить всё как есть и уйти? Нет! Это не в характере героя. Он привык бороться до конца, поэтому решается на отчаянный поступок — украсть невесту прямо со свадьбы. Подхожу к раковине и включаю воду. Намочив руки, прикладываю к шее, пытаясь охладиться. Жара сегодня невыносимая. Скоро расплавлюсь в этих бесконечных юбках. Сзади шорох. Мама, наверное. Через секунду мне кто-то закрывает рот. — Тшш, не ори, — шепчет голос человека из моих кошмаров. А потом я чувствую укол в левом плече как прививка. — Что ты мне вколол? — смотрю на него через зеркало и пытаюсь говорить с закрытым ртом. От выражения его тёмных глаз сковывает ужас. — Снотворное. Поспишь немного, — понимает меня. Через несколько секунд я начинаю ощущать туман в голове, а веки становятся тяжелыми. Он отводит руку от моих губ. — Зачем? — еле слышно. — Я же обещал, что ты не выйдешь замуж.
— Грёбаная юбка! — ругается, запихивая моё платье полностью в салон.
Смешно.
Я робко улыбаюсь.
Маша, ты вот сейчас серьёзно?!
Это Стокгольмский синдром какой-то!
Шолохов занимает место за рулём и заводит машину.
— Как ты там сказала? ""Какого художника""? — усмехается. — Милое ругательство.
Я отворачиваюсь к окну."
"— Можешь ещё подремать, ехать до места часа три, а может и того больше. — Выезжает на дорогу. — И скоро асфальт закончится.
— Ты меня действительно в лес везёшь?
— Угу... Отдохнешь, подышишь свежим воздухом, в озере искупаешься, в меня влюбишься...
— Этого никогда не будет!
— Ты уже в процессе, Машенька. Просто ещё не заметила...
— Ненормальный!
— Слышал уже. Ненормальный, шизик, чокнутый, сумасшедший, псих, рехнувшийся, психопат, неуравновешенный. Ничего не забыл? — с улыбкой смотрит на меня. — Ах, да! Долбоящер…
О, боже! Значит, он слышал. Я его раньше так не называла, только в день, когда Шолохов меня выпроводил.
— Интересно, как ты своего жениха ласково называешь?
— Никак. По имени, — скрещиваю руки на груди.
— Никаких киса, зайка, лапуля или мой котик? — издевается.
— Нет.
— Ну и где здесь любовь? Мне и то больше эпитетов прилетает.
— Просто мы уважаем друг друга!
— А нужно любить, Машенька, — спокойно, с легким выдохом. — Иначе не брак, а пародия какая-то.
— Что ты в этом понимаешь?
— У меня хороший пример моих родителей перед глазами. У них любовь. До сих пор, как двадцать лет назад. А у вас с Норманом иллюзия благополучия, — посмотрел в боковое зеркало. — Страсти нет. А на уважении долго не протянешь. Однажды тебе наскучит этот пенсионер, и ты пойдёшь искать удовольствие на стороне...
— Ты бредишь! — не соглашаюсь.
— Ты оргазм с ним хоть раз испытывала? — ошарашил своим откровенным вопросом, посмотрев прямо на меня.
— Причём здесь это? — загнал меня в угол.
— Значит, нет.
— Не все женщины на это способны, — пытаюсь ему парировать.
Слабо... Он прав... Ни разу...
— Это не все мужики способны до него довести... Отдыхай, пока есть время.
Погладил костяшками пальцев по волосам.
Я отмахнулась, но, блин, от его прикосновения мурашки по телу пробежали. И не от страха или пренебрежения. Наоборот! Приятно стало.
Он включил тихо радио с легкой музыкой. Она заставила меня немного расслабиться.
Я пыталась вглядеться в темноте на дорожные указатели, но названия мне ничего не давали. Я их видела впервые. Учитывая, что сейчас час ночи, а увез из ЗАГСа он меня около трёх дня, и если направились по этой дороге сразу, то мы очень далеко от дома. Возможно даже область другая.
Примерно через час хорошая дорога закончилась, началась гравийка, а ещё через час мы вообще ехали по какому-то пролеску.
— Что это за место?
Уже начинает светать.
— Лес, — спокойно.











