За Тихим Доном (СИ)

Слышу, как он, усмехаясь, фыркает.

Даже несколько ступенек крыльца для него не проблема, не выдохнулся.

-Подожди, — ставит меня на пол и открывает навесной замок на двери.

Снова подхватывает меня на руки.

— Я сама могу войти, — сопротивляюсь.

— Невест принято в дом на руках заносить, — посмеивается.

— Я не твоя невеста!

— Пофиг! Это ненадолго, — входит в узкую дверь.

Или это он такой широкий?

Проходит в большую комнату и усаживает меня на стул у круглого стола, а сам подходит к стене, где стоят в несколько рядов около десятка коробок, таких же, как в его машине. Смотрит на какие-то надписи на них и достаёт одну. А из неё большую аптечку.

Вот так раз! Значит, он тщательно подготовился к моему похищению, если привёз всё это сюда.

Так вот куда он торопился в тот день!

— Платье подними, — просит меня.

Я подтягиваю пышные юбки на себя, но это не спасает ситуации. Она всё равно мешает.

Шолохов достаёт из кармана раскладной нож, прорезает в ткани дырку, а потом руками отрывает по кругу. Из длинной юбка превращается в куцую, даже до колен не доходит.

— Ты что наделал? Знаешь, сколько оно стоит?

— Без понятия, — откидывает рваный кусок фатина в сторону. — Платье всё равно превратилось в грязную тряпку. Ноги вытяни!

— Конечно, ты богатый! Не знаешь цены денег! — Возмутилась его поступком.

— Богат мой отец, а не я, — открыл упаковку со спиртовыми салфетками и начал обтирать мне ноги.

— Фсс, — сморщилась от пощипывания.

— Потерпи. Надо смыть грязь, иначе воспалится, — поднял на мгновение на меня глаза.

Стерев всю пыль с ног, залил раны перекисью, смазал какой-то мазью бинты и наклеил на мои повреждения.

— Готово.

— Мастерски управился.

— Я раньше хотел пойти на врача учиться. Но отец заставил на экономику и право поступать. Его волнует, кто будет после него руководить семейным бизнесом, — не отпускает мои ступни, слегка массирует пальцы.

— Перестань, — поджимаю их.

— Они ледяные, — усиливает нажимы.

Шолохов, не надо! У меня сейчас сердце выпрыгнет. Удовольствие от твоего массажа невыносимое, до костей пробирает.

Я даже глаза прикрываю и закусываю губу.

Блин! Да что ж так хорошо-то?!

С губ срывается неожиданный стон.

Это я сделала?

Открываю глаза и смотрю на наглую и довольную улыбку Шолохова.

— Хватит! — выдёргиваю ноги из его рук.

— Ты кайф поймала, — хитрая улыбочка играет на его губах.

И ведь не отмажешься, реально словила. Поэтому просто стыдливо отвожу глаза в сторону, притворяясь, что рассматриваю посуду в старом буфете.

Роман встаёт с колен, опять открывает одну из коробок и достаёт какие-то вещи и обувь.

— Переоденься, — кладёт на стол рядом со мной.

— Ты купил мне одежду?

— Не будешь же ты всё время в драном свадебном платье ходить.

— Я долго здесь задерживаться, не намерена, — смотрю на него жёстко.