За Тихим Доном (СИ)

— Рома, ты, когда вещи для нашего заточения покупал, не подумал хотя бы об элементарном косметическом наборе?

— О чём?

— Тушь, помада, ВВ крем...

— Какой крем? — прищурился с непониманием.

— Крем с лёгким тональным эффектом, — разочарованно выдохнула.

— Ааа, нет... Твои вещи не я собирал — Алка. А она косметикой не пользуется, предпочитает натуральность.

— Кто эта Алка? — требовательно смотрю на него.

— Подруга, — равнодушно. Но увидев мои сжатые губы, дополняет. — Мы со школы дружим. Учились в одном классе. У неё парень есть.

Выдыхает, увидев мою расслабленную улыбку.

— Машенька, — подходит и прижимает к себе. — Я тебя ни на кого не променяю, — утыкается лицом мне в шею. — Сходить с ума по тебе столько времени, а потом бросить? Я похож на дебила?

— Ну, как-то же ты сбрасывал своё... напряжение...

— Ручками... По большей части...

— Фу, Шолохов! — брезгливо оттолкнула его.

Смеётся, гадёныш.

Снова притягивает к себе. Руками скользит под юбку."

"Разворот и я уже спиной к нему. Ставит мои руки на зеркало.

Трусики полетели на пол.

Демонстративно зубами разорвал пакетик с презервативом. Коленом развел мне ноги шире.

— Ты ненормальный... — выдохнула слова, когда он одновременно поцеловал в шею и вошёл в меня.

Сначала ощущения болезненные. Без прелюдии... Но потом я уже не ощущаю ног, они подкашиваются от удовольствия, которое волнами ходит по мне.

Одна рука Романа скользит с груди мне на шею и слегка придушивает. В голове туман и пульсация крови. Мыслей нет. Только шум и желание вдохнуть поглубже. Но не выходит...

От нехватки кислорода кружится голова, и я кончаю.

Шолохов не останавливается, продолжает вдалбливаться в меня. Сильно, до боли...

Ммм... Ещё один накрывает... И он со мной.

Ноги не держал. Я сейчас рухну.

Рома держит.

Как теперь ходить-то? Я пола не чувствую.

Смеюсь.

— Ты чего? — шепчет Шолохов в мой затылок.

— Теперь я знаю как это — оттрахать так, чтобы ходить не смогла.

— Дурочка...

Целует... Любит...

* * *Неспешно прогуливаемся по магазинам.

У Ромы в одной руке куча пакетов, другой сжимает мои пальчики.

Ловлю на себе завистливые взгляды девушек, которые ходят мимо или сидят, отдыхая на скамейках.

Тяну Шолохова в магазин парфюмерии и косметики.

— Маша, ты и так красивая, — наблюдает, как я выбираю себе крема и помаду.

— Не ври. Ты меня до похищения никогда без макияжа не видел.

— Я тебя не за это люблю... За душу...

— Шолохов, — смотрю на него укоризненно. — Не ной! Какая душа? Скажи ещё, что ты за ней тогда из кафе пошёл. Ты меня первый раз видел. А мужчины любят глазами.

— Пока не узнают поближе... Мне не важно, какого цвета у тебя помада или тени.

— Я только самое необходимое...

— Давай тогда и духи подберём, — предлагает обречённо.

— И тебе!

Вздыхает и качает головой. Устал... Я вижу... Но не скажет.